Книга Опасная встреча, страница 43 – Эрнст Юнгер

Добровски внимательно все выслушивал. Бывают учителя, которые не могут войти в класс, не вызвав у учеников непреодолимого желания тут же совершить безумнейшую выходку; так и некоторым мужчинам жены не платят ни малейшей дани уважения. Первые не в состоянии выстроить педагогическую мизансцену, вторые – эротическую. Тут надобны розги.

Вероятно, славный Делавинь и в этом отношении являлся лишь стажером. В том-то и было дело, однако имелись другие способы укрощения маленького демона. А для человека с амбициями Делавиня – просто необходимость. Что, если он мало-помалу станет уделять внимание подруге, разделять ее заботы, приносить ей мелкие подарки? Одного этого, наверно, будет достаточно, чтобы изменить положение дел, в крайнем случае придется предпринять решительные действия, чтобы их застала жена. С какой стороны ни посмотри, можно добиться положительного результата.

— Но эта женщина мне еще более антипатична, чем Жизель, – ответил Делавинь.

— Инспектор, не сказать, чтобы вы предлагали нравственный план, – заметил присутствовавший при том Этьен.

— А по-вашему, более нравственно, когда мужчина в собственном доме позволяет издеваться над собой двум особям женского пола?

Словом, об убийстве в «Золотом колоколе» Этьен узнал от Делавиня. Газеты понедельника раскупили несколько часов назад, и новость произвела в городе эффект разорвавшейся бомбы. Но в Сите обстановка еще с полуночи была напряженной.

Убийства будто ждали, поскольку вести о лондонском убийце женщин обсуждали уже много месяцев, что создавало настроение зимних вечеров, когда рассказывают страшные истории и каждый порыв ветра, каждая открывшаяся дверь повергают в испуг. Когда в далеком порту свирепствует чума, сначала ползут темные слухи, потом наступает черед жутких подробностей и наконец санитарная полиция объявляет о первом случае в родном городе. В какой-то ночлежке нашли мертвого матроса. Этого долго ждали, боялись – может, надеялись? В страхе таятся странные пропасти.

Народ окрестил злодея «Джеком». Теперь все придерживались одной точки зрения: в Лондоне Джеку стало слишком жарко, и он перебрался сюда. Убийство в «Золотом колоколе» открыло новую серию. Так считал и Делавинь. «Ага, антиулика для Добровски», – чуть не сказал Этьен. Но и инспектор, по словам Делавиня, не исключал возможной связи. Случай нес на себе печать лондонских убийств, которые Добровски изучал. Отличие, правда, состояло в выборе места: в Лондоне убийца нападал на своих жертв в непосредственной близости от сомнительных кабаков, не выдерживающих сравнения с «Золотым колоколом». Такая смена шла вразрез с правилом, если исключить, что в чужом городе преступник не разобрался в категории гостиницы. Однако существовала любопытная теория: убийца, дескать, не моряк, как полагал народ, а врач. Из Дувра поспешали списки пассажиров.

Инспектор не спал ни минуты. Расставшись с Этьеном у обелиска, он вернулся домой и у входа столкнулся с посыльным: тому поручили вызвать его к месту преступления. Добровски удалось найти фиакр, но сначала он отправился в контору за сумкой с инструментами, без чего в подобных случаях не мог обойтись. Когда инспектор прибыл в «Золотой колокол», с предсмертного крика прошло часа три.

Как рассказал Делавинь, Добровски крайне досадовал на то, что произошло за это время. Он сменил коллегу Сюрдена, в чьем ведении находился участок. По важности убийство стояло выше всех правонарушений. Набежавшие зеваки затоптали все следы. Некоторые постояльцы сумели уйти, их личность не установили. Других отпустили после поверхностного допроса Сюрдена. Как он мог упустить парочку, возле любовного гнездышка которой произошло убийство? Промах похлеще профессиональной ошибки.