Книга Танец теней, страница 74 – Яков Осканов

Я рассудил, что именно среди увалов и нужно искать ложбину с термальными источниками. Собственно, никаких других зацепок у меня не было, кроме упоминания в дневнике профессора того факта, что прямо перед пропажей охотники ушли на восток и должны были набрать образцы грязи из природной ванны, которую они обнаружили незадолго до того, как пропали.

Я спустился с дерева и продолжил свой путь. По мере моего продвижения к цели лес начал меняться, лиственные породы постепенно уступали место хвойным.

Стало прохладнее и темнее. Свет просачивался узкими полосами между лапами елей и пихт. Иногда попадались могучие сибирские кедры — то единичными деревьями, то куртинами по несколько деревьев (так обычно всходят кедры из забытого кедровкой тайника). Время орехов в этом году ещё не наступило, какая-нибудь неделя-другая — и можно будет поживиться.

Идти было приятно: под ногами пружинила подстилка из хвои и мха. Подлесок стал скупее и потому хорошо просматривался. Кое-где пятнами тянулся багульник, в тенистых местах попадались папоротники, а на солнечных прогалинах — ягодники черники и брусники.

Жизнь вокруг не бурлила — скорее текла медленно, неявно и для внимательного наблюдателя складывалась в полотно, сотканное из деталей, едва уловимых, но от этого не менее значимых. То промелькнёт, стелясь по земле, тень соболя, то стремительно пронесётся над головой силуэт мелкой птицы, то послышится мягкий стук упавшей на хвою шишки, обронённой белкой, то раздастся хлопанье крыльев рябчика, испуганного человеческим появлением.

К увалам я дошёл за несколько часов пути. Сделал небольшой привал. Съел пару полос сушёного мяса, запил водой из фляги и выкурил трубку. День клонился к вечеру, и мне хотелось забраться на вершину холма, чтобы подумать о месте ночлега.

Примерно такое расстояние должны были преодолеть Иван и Савелий, чтобы на следующий день вернуться в Ирий. Получается, что и их термальный источник должен находиться где-то неподалёку.

Я поднялся на вершину ближнего холма, продираясь сквозь густую поросль кустов. Подъём давался нелегко: земля сыпалась из-под ног, ветви цеплялись за одежду, задерживая каждый шаг. Всё вокруг будто стихло. Далёкие голоса птиц изредка прорезали густой лесной воздух и напоминали о жизни где-то в стороне. Остановившись перевести дух, я оглянулся: позади тянулись склоны, покрытые лесом, по кронам которого ещё скользили золотые полосы заходящего солнца.

Впереди же картина была совсем иная. Между этим и соседним холмом притаилась небольшая лощина, образованная крутыми склонами с выходами горных пород, сужающаяся на дальнем от меня конце. Она резко выделялась, ибо по мере того, как взгляд скользил вниз, растительность редела, как бы не решаясь спускаться. Лощина тонула в тени и от этого выглядела ещё неприветливей. Вид места напомнил мне древнегреческие мифы, и я подумал, что именно так должен был выглядеть вход в мрачное царство Аида.

Передо мной раскинулся безрадостный, почти зловещий пейзаж. Я с любопытством рассматривал узкий неглубокий распадок, сжатый могучими каменными боками холмов. Земля внизу была серой, глинистой. На ней тускло поблёскивали влажные камни. И так же, как и в Ирии, не было слышно ни пения птиц, ни стрекота насекомых. Та же гнетущая, мёртвая тишина. Словно звуки боялись появляться меж этих мрачных стен.