Книга Танец теней, страница 70 – Яков Осканов

— Польза? Ты наносишь на карту земли, что мы и так знаем. Сушишь листья, знакомые нэнгам с давних времён. Берёшь шкуры зверей, что бегают рядом. И что? Это поможет твоему народу обмануть время?

— Эх, Тэгуй, ты просто не понимаешь. Нельзя подняться вверх по лестнице, пропуская все ступени и сразу оказаться на верхней. Шаг за шагом! Мы будем идти вперёд, изучать, постигать, проникать всё глубже в устройство мироздания.

— Вы разрезаете всё на части, чтобы понять жизнь глазами, посмотреть, что внутри. Но жизнь нужно понимать сердцем. Глазами не видят, что сердце видит.

— А чего мы не видим?

— Не чего, а кого. Тех, кто не хочет, чтобы вы их видели. Есть силы, которые можно увидеть только если они сами захотят тебе показаться.

— Ты о духах? Не думал, что ты всерьёз веришь в эти сказки.

— Я не верю. Я знаю. Духи живут среди нас. Они как кедры, как берёзы, как птицы и звери.

— Но как можно верить в то, чего ты никогда не видел?

— Чтобы знать, что рядом с тобой лось, не нужно его видеть. Можно увидеть следы, услышать голос, место, где он пасся, где чесался о лиственницу.

— Да, но лося я могу выследить и увидеть.

— Духов тоже можно выследить. Но они сильные. Могут убить тебя или лишить разума. Только глупец злить духов и искать их против воли.

Где-то неподалёку глухо загукала бородатая неясыть. Тэгуй затянулся и выпустил в небо большой клуб дыма.

Огонь потрескивал, и искры взлетали вверх, растворяясь в темноте. Остальные молчали: кто-то сидел, обхватив колени, и внимательно слушал, кто-то глядел в огонь, будто в нём можно было увидеть то, о чём говорил старик. Даже шутник-фельдшер не рискнул нарушить тишину.

— Расскажи мне о лесных духах, — попросил Суздалев. — Спать ещё не хочется. Ты говоришь, что твой народ умирает. Позволь мне записать ваши сказки для моего молодого и любопытного народа.

Остальные у костра поддержали Никона Архиповича. В тайге вечера длинные, и истории у огня, пожалуй, самый древний способ скоротать время перед сном.

— Почему бы и не рассказать? — ответил Тугэй и улыбнулся. — Мне приятно, что тебя интересует мой народ. Только это не сказки. Впрочем, думай, как хочешь.

— Погоди, — попросил Суздалев. Он достал из сумки блокнот, карандаш. Потом набил и закурил свою трубку. Он положил блокнот на ногу и приготовился делать пометки.

Старик, видя, что его друг готов, начал неторопливо рассказывать.

Нэнги не всегда жили здесь. Давно-давно были другие — ивэны. Большой народ. Много племён. Они знали духов. Служили им. Шаманы их говорили с духами. Тогда духов много было. Сильные и слабые. Сильные вы зовёте — боги. Слабые — как тени леса.

Потом война началась. Духи бились друг с другом. Тайга горела. Реки сохли. Звери бежали. Люди умирали. Почти все духи погибли.

Три остались. Илир — вода. Кумуркан — земля. Хаа — воздух.

Хаа не хотел войны. Смотрел. Молчал. Ушёл. Мы не знаем, где он теперь.

Ивэны разделились. Одни служили Илир. Другие — Кумуркану. Каждый верил, что его дух сильнее.

Последняя война была, страшная. Илир дралась с Кумурканом. Ивэны убивали друг друга. Солнце три раза вставало, три раза садилось. Никто не победил. Оба были смертельно ранены.

Тогда шаманы Илир зашли в озеро. Вода закрыла их. Они впустили хозяйку в себя. Она пила их души, чтобы жить. Стала озером.