Книга Шах и мат, страница 187 – Джозеф Шеридан Ле Фаню

— Да, нужен, – рассеянно бросил сэр Ричард. – Значит, завтра вечером, в девять.

Он помедлил у двери, в молчании взирая на лестничный пролет; затем без всяких «до свидания» или хотя бы прощального взгляда сбежал вниз по ступеням и помчался к мистеру Блаунту – тот жил неподалеку, на Манчестер-сквер.

Молодой джентльмен, по чьим следам мы идем нынче утром, более года лелеял одно упование, предметом коего была простодушная леди Мэй. Препоны к заключению сего союза отсутствовали: леди Мэй только и ждала объяснения. Однако Ричард Арден заранее страшился насмешек и не видел притом нужды торопиться с женитьбой; вдобавок последние полгода в нем пылал новый огонь, питаемый не одной лишь корыстью, – и, судя по отдельным приметам, сэру Ричарду отвечали взаимностью.

Грейс Мобрей была привлекательна, бойка и резва; грация, такт и ум имелись у нее в тех самых пропорциях, которые в совокупности дают свойство, именуемое шиком. Вот почему, когда сэр Ричард размышлял о браке с мисс Мобрей, его приятно щекотали не только перспективы финансового свойства. Впрочем, до сей поры казалось, что можно повременить как со словесным определением своего чувства, так и с выбором.

Теперь же разразился кризис: колебаний, а тем паче промедления он не допускал. И вот сэр Ричард – в холле Блаунтова особняка. Уверенный, что перед этим человеком можно не таиться, он намерен выяснить точный размер приданого, назначенного дядей Дэвидом своей подопечной.

Мистер Блаунт оказался дома. С милейшей улыбкой пожал он руку молодому джентльмену и подвинул ему стул.

Мистер Блаунт был человеком тонкого ума и недурным дипломатом – достигал целей, не прибегая к интригам. Он сразу дал обещание прощупать мистера Лонгклюза, не открывая тому, в чьих интересах действует. Ричард Арден, в свою очередь, не упомянул о своих утратах. Ему удалось создать впечатление, будто дела не хуже, чем обычно. Когда же он признался в нежных чувствах к мисс Мобрей, суровый мистер Блаунт просиял улыбкой и взял молодого джентльмена за руку.

— Если вы женитесь на этой юной леди, она получит шестьдесят тысяч фунтов сразу и еще столько же по смерти мистера Дэвида Ардена. Вы приняли превосходное решение, сэр; ваш дядюшка будет очень, очень доволен.

— До сих пор я не слушал дядиных советов, за что и был наказан судьбой. Отныне главная моя цель – исправиться и жить по дядиным правилам. По моему разумению, мудрость не обретешь иначе как через страдания.

— Не желаете ли хересу с печеньем, сэр Ричард? – предложил мистер Блаунт.

— Нет, спасибо. Как вам известно, мои дела не столь блестящи, сколь могли бы быть, а женитьба – шаг очень серьезный. Вы, мистер Блаунт, один из самых здравомыслящих, умудренных опытом моих друзей; вам понятно, почему я пришел к вам с конкретным вопросом. Брак мой касается не меня одного; речь о судьбе другого существа, которое станет мне только дороже. Я желаю иметь точные сведения, знать, что не совершу ошибку, могущую сказаться также и на этом существе. Вы уверены, что дядя не передумал?

— Абсолютно уверен; еще два месяца назад мистер Арден уполномочил меня сообщить вам его волю, а в прошлую пятницу, в вечер своего отъезда, подтвердил свое намерение.

В молчании сэр Ричард сердечно пожал руку пожилого джентльмена и покинул его дом.