Книга Роман Марсо Миллера, страница 112 – Марсо Миллер

Недостающие главы рукописи.

Бенжамен всегда относился к кабинету отца как к игровой площадке. Он таскал у него бумагу, листы, на которых не было заметок. Марсо не возражал… Вот только на этот раз Бенжамен, скорее всего, прочитал то, что не следовало. Ему стало страшно, и он захотел защитить отца. Он тоже всегда тщательно прятал свои секреты, как и Марсо. Каков отец, таков и сын. Может, испугался, что я узнаю, побоялся, что родители поссорятся, а то и разойдутся? Это был его самый большой страх: он рассказал о нем только психологу. Страх, в котором мой собственный сын не мог мне признаться и который после гибели отца превратился в заикание. Мне показалось, что вся я ссохлась в комок.

Я снова принялась за начатое на яхте чтение, только теперь я сидела на детской кровати сына.

Сейчас у меня в руках была, судя по всему, глава под названием “Несчастный случай на озере”.

Это было за месяц до гибели Жад. Алексис, Роллен, Жад и я были на вечеринке, устроенной нашим приятелем по случаю его двадцатилетия. В просторном семейном доме на берегу озера. Каждый из нас по очереди преодолевал этот важный рубеж. Один за другим, мы отмечали двадцатый день рождения, соперничая в изобретательности и порой впадая в крайности.

В тот июньский вечер стояла хорошая погода, и веселье переместилось из дома на террасу. Я много выпил, как и большинство моих приятелей, и среди них стали вспыхивать беспричинные ссоры. Жад чувствовала, что неприятностей не избежать. Со мной срочно нужно было что-то делать, поскольку я уже не держался на ногах. Она дала сигнал, что нам четверым пора уезжать. Это было в два часа, спустя полчаса после того, как одного дебошира вытолкали вон. Я был не в состоянии вести машину. Жад еще не получила водительские права и отдала ключи Роллену, наименее пьяному из нас. Алексис настаивал на том, что тоже способен сесть за руль. Я растянулся на заднем сиденье машины, положив голову на колени Жад. Роллен несся по извилистой дороге вдоль озера, а Алексис дурачился, делая вид, что хочет отнять у него руль. Роллен сосредоточился на педалях и ручке переключения передач, а Алексис с пассажирского места резко дергал руль, и нас бросало из стороны в сторону.

Вдруг в свете фар на долю секунды появился велосипед без заднего фонаря.

Мы ехали на небольшой скорости, но Роллен в этот момент не смотрел на дорогу, а Алексис крутанул руль и сбросил велосипедиста в канаву, которая спускалась от дороги к озеру. Роллен сразу же остановил машину, мы все страшно испугались. Роллен с Алексисом мигом протрезвели. Я по-прежнему почти ничего не соображал и, толком не понимая смысл происходящего, почувствовал, что всех в машине охватила паника.

Алексис велел ехать дальше. Мы были пьяны, парень на велике наверняка тоже. Завтра выползет из канавы, он явно не видел, что случилось, было очень темно. А машина… скорее всего, с ней все в порядке. В худшем случае я сумею парой ударов молотка выправить вмятину. Не в первый раз, я это умею.

На следующий день в газете появилась заметка о велосипедисте, которого нашли на берегу озера. У него в крови было много алкоголя, и он находился в коме. Видимо, он упал с велосипеда, скатился по каменистому склону и рухнул на пляж, покрытый галькой. Ничего подозрительного обнаружено не было. Окольным путем мы выяснили, что это был тот самый парень, которого выгнали с вечеринки: уходя, он украл велосипед, возможно даже не соображая, что делает. Мы кое-как переварили эту новость. Но у Жад она пробудила глубоко скрытую душевную травму.