Книга Одна идеальная пара, страница 172 – Рут Уэйр

— И что ты предлагаешь? – раздраженно спросила я. – Забить его до смерти бамбуковой дубинкой? Утопить его, как он Дэна?

— Я не знаю, – ответила Энджела и еще раз злобно хлестнула палкой по кустам. На этот раз там внезапно раздался шорох. Энджела отскочила, и мы все увидели большую коричневую змею. Он приподняла голову и переднюю часть своего тела, привстав над землей, – судя по всему, Энджела побеспокоила ее в гнезде. С минуту казалось, что она вот-вот сделает выпад. Энджела тоненько взвизгнула. Однако рептилия снова опустилась на землю и с пугающей скоростью скользнула прочь, в лес.

Лицо Энджелы было бледным. Она прижала одну руку к груди, а над верхней губой у нее выступили мелкие росинки пота.

— Слава богу, – выдохнула она. – Думаете, она была ядовитая?

— А кто его знает, – ответила Сантана, лицо которой выражало не столько страх, сколько любопытство.

— Возможно, именно это нам и надо сделать, – заявила Энджела. Она, похоже, уже немного оправилась от шока. – Отравить его и сделать так, чтобы это выглядело как смерть от змеиного укуса.

— Ну извините. – Я потрясенно развела руками. – У меня что, слуховые галлюцинации? Ты, похоже, в самом деле слетела с катушек.

— Яд – это хорошая идея… – задумчиво произнесла Сантана, не обратив никакого внимания на мои слова. – Мы не сможем одолеть его физически. Он был сильнее любой из нас еще до того, как все это началось, а я совершенно уверена, что он-то не придерживается рациона, установленного для нас.

Я вспомнила лицо Конора, которое хорошо рассмотрела там, в море, и вынуждена была согласиться с Сантаной. Оно было обгоревшим и искусанным москитами, как и у всех остальных, но на нем не было ни малейших признаков изможденности и обезвоживания, которые я уже вполне отчетливо видела на лицах Энджелы и Сантаны и ощущала сама, – кожа у меня была совсем сухая, губы потрескались. Но Сантана, оказывается, еще не закончила.

— Но нам надо быть очень осторожными в подборе яда, который мы попытаемся использовать. Это должно быть что-то органическое, такое, что не покажется подозрительным при вскрытии.

— У меня есть снотворные таблетки, – сказала Энджела, которая, похоже, всерьез продумывала самые разные варианты. – Они все еще лежат в моей косметичке. Но мне кажется, что их там недостаточно много, чтобы его убить. Я не знаю, какая доза является фатальной. И препарат совершенно точно может быть обнаружен в организме после смерти.

Я слушала, и на меня вдруг навалилось странное ощущение отстраненности от происходящего. Может быть, дело было в неправдоподобности самой темы беседы и нереальности тона, в котором она велась. Энджела совершенно спокойно, как ни в чем не бывало говорила об убийстве человека – так, как будто речь шла о выведении пятна с ее любимого топа. Возможно, это было одним из проявлений обезвоживания, но происходящее перестало казаться мне чем-то реальным.

Я чувствовала себя так, словно находилась вне собственного тела и смотрела что-то вроде кино. При этом я будто бы пыталась сравнивать измученных, находящихся в состоянии отчаяния женщин, сидящих кружком на земле, с теми холеными, утонченными красавицами, которые высадились на остров пару недель тому назад. Разница казалась просто колоссальной. И дело было не только в потрескавшихся губах и порванной одежде, дело было во всем. Волосы Сантаны, выкрашенные в пшеничный цвет, теперь выглядели довольно странно, поскольку отросли и стали намного темнее у корней. Акриловые ногти Энджелы уже давно были все обломаны и имели неровные, зазубренные концы. Длинным оставался лишь ноготь на одном из мизинцев. Что касается меня… что произошло со мной?