Книга Существо, страница 57 – Влада Ольховская

— Я просто хотела быть дочерью, о которой она мечтала…

— Это невозможно, – отрезала Регина. – Она была больна. Она ничего не хотела. Критика, направленная на тебя, не означала, что ей нужен определенный результат. Ей нравился сам процесс. Но это ее не вылечило – и однажды ее несчастье дошло до такого уровня, что она просто не могла терпеть. Она покончила со всем этим.

— Это был несчастный случай! – выкрикнула Ульяна, сжимая кулаки.

— Вот в чем ты убедила себя?

— Я точно знаю! Это был несчастный случай! Мама подвешивала в комнате веревки для сушки белья, она оступилась, упала со стула и… Все произошло случайно! Она не хотела этого!

— Конечно… Случайность. А тело нашла ты?

В памяти снова мелькнула залитая солнечным светом комната, темный силуэт в мутно-рыжих лучах и искаженное гримасой лицо.

— Да… больше никого не было в квартире.

— В этот миг она и прицепилась к тебе.

— Моя мама умерла, – всхлипнула Ульяна.

— Да, но это не помешало ей остаться в тебе. Ты тащишь на себе этот груз, под ним и горбишься. Поэтому ты не любишь смотреть в зеркала и стесняешься себя. Ты так и не стала дочерью, которую она якобы хотела видеть. Ты и не сможешь, ты только позволяешь этому чувству пожирать тебя изнутри.

— Но это не значит, что тебе позволено изводить меня этим!

Она ожидала, что Регина попытается переубедить ее… надеялась на это! Тогда, может, она получила бы хоть какое-то доказательство, что перед ней подруга. Но Регина молчала, она смотрела на Ульяну холодно и высокомерно.

Теперь ясно, почему она так бесит Никиту. Как это Существо вообще может позволять себе высокомерие?! Ульяну с детства приучили, что если ты недостаточно красива – сиди тихо и не высовывайся. Но Регина словно не замечала, что она и на человека-то едва тянет…

А может, все она прекрасно замечала? Она осознавала свою неполноценность и мстила тем людям, которым повезло родиться здоровыми и счастливыми. Бесполезно с ней о чем-то разговаривать, она не поймет, чужая боль будет казаться ей ничтожной по сравнению с собственной.

Раздраженная этим, Ульяна скомкала рисунок Зои и швырнула в собеседницу. Она не собиралась сдерживаться, она хотела, чтобы плотная бумага ударила Существо по лицу, может, поранило эту ее мутировавшую кожу. Пусть знает, чего она заслуживает!

Но эта жалкая попытка мести ни к чему не привела. Бумага не долетела до цели, она просто застыла в воздухе. Ульяна с ужасом наблюдала, как смятый в комок рисунок разворачивается прямо перед лицом Регины, позволяя ей разглядеть парящую женщину с жуткой ухмылкой мертвеца.

— Я расскажу… – еле слышно прошептала Ульяна, отступая назад.

— Да тебе все равно никто не поверит.

Тут она была права – как всегда! Родители уже не поверили Никите, с чего им верить Ульяне? Существо выкрутится, оправдается, оно всегда будет победителем, что бы ни случилось!

Ульяна больше не могла оставаться здесь. Она не хотела, ей не хватало в этом доме воздуха и повсюду мерещились темные силуэты, парившие над полом. Ей нужно было поговорить с кем-то, и она направилась бы к Никите, если бы он был дома. Но ведь Никиты нет! Он преодолел гнев и вернулся к обычной жизни, он, быть может, даже счастлив со своей новой подружкой. Ему плевать, что он бросил брата и сестер!

Выбравшись из дома, Ульяна достала из кармана телефон и набрала номер чуть ли не наугад. Она не знала, ответят ли ей, но ей больше ничего не оставалось.