Книга Существо, страница 56 – Влада Ольховская

Это не могло произойти случайно. Ульяна была уверена: она ничего не сделала, чтобы призвать своего личного демона. Значит, это сделал кто-то другой. А какие тут могут быть варианты?

Она быстро стерла с лица слезы, плакать больше не хотелось. Ей нужно было прекратить это во что бы то ни стало, раз Никита не смог! Поэтому она выбежала из комнаты и направилась в подвал, туда, где таилось Существо – правильно Никита все-таки назвал ее.

Регина сидела у стола и просматривала что-то на ноутбуке. Когда вошла Ульяна, она оторвала взгляд от экрана и посмотрела на свою гостью. От этих черных, безразличных ко всему глаз становилось не по себе.

— Прекрати это делать! – потребовала Ульяна.

— Не понимаю, о чем ты.

Мелодичный голос больше не очаровывал, он раздражал, как шипение ядовитой змеи.

Ульяна захватила с собой один из рисунков Зои, тот, где парящий силуэт был особенно хорошо виден. Теперь она могла показать его Регине.

— Вот это! Хватит!

— При чем здесь я? Я даже не понимаю, на что смотрю.

Все она понимала. Ульяне казалось, что нет ни одной тайны, способной укрыться от этих черных глаз. Ну а ее слова… Всего лишь очередная попытка обмануть, подчинить Ульяну своей воле. Хватит уже!

— Все ты прекрасно понимаешь! Ты все знаешь обо мне…

— Только то, что ты рассказывала.

— Больше! Ты как будто проникаешь в самую душу, выискиваешь там черное, злое и вытаскиваешь это… Зачем? Тебе кажется, что я мало страдала?

На этот раз Регина не стала возражать. Она внимательно разглядывала Ульяну, словно пыталась понять что-то очень важное, но не говорила ни слова.

Та злость, которая привела сюда Ульяну, быстро затухала, уступая место беспомощности. Она никогда не умела сражаться, даже на словах, а перед Региной и вовсе терялась. В ней было нечто особенное, делавшее ее именно Существом, некой высшей силой, а вовсе не обездвиженной шестнадцатилетней девочкой.

— У моей матери была клиническая депрессия, – четко произнесла Ульяна. Может, и не было смысла объяснять все это, но ей хотелось. – Диагностированная. Она должна была принимать таблетки, но никогда не принимала. Она часто плакала, срывалась на меня… она меня ненавидела. Нет смысла скрывать это.

— Ты не рассказывала мне это.

— Но ты не выглядишь удивленной сейчас.

— Я догадывалась о чем-то подобном. Для этого достаточно внимательно наблюдать за тобой, чтобы узнать в тебе ненужного ребенка. Мать – это альфа и омега. С нее все начинается, к ее образу мы приходим в самом конце.

— Я не такая, как моя мать!

— Нет. Ты травмирована ею. Она растила тебя одна, не так ли? Скорее всего, твой биологический отец не захотел с ней связываться или ушел, когда ты была маленькой.

— Я не знала его… – прошептала Ульяна.

— Верно. Но ты напоминала ей о нем. Думаю, ты на него похожа куда больше, чем на нее. Это сходство задевало и унижало ее. Чтобы справиться с собственной болью, она перекладывала вину на тебя. Она доказывала тебе, что с тобой что-то не так. Она убеждала тебя в этом так долго, что ты и сама в это поверила.

— Видишь, ты все знаешь! Все про меня…

— Я знаю таких людей, как твоя мать. Я видела их. Она делала тебя несчастной, чтобы перекинуть на твои плечи свое несчастье. Но это так не работает. Она хотела, чтобы ей стало легче. Напрасно – не таким путем, она только хуже сделала. Она требовала, чтобы ты изменилась, не указывая, кем именно ты должна стать. Ты всегда чувствовала себя недостаточно хорошей – неполноценной.