Книга Каменные цветы, страница 52 – Влада Ольховская

Его предложение было слишком хорошим, чтобы оказаться правдой. Как только Лана сообщила обо всем Лаврентьеву, директор тут же отказался. Его можно было понять! Где бесплатный сыр обычно находят? Конкуренты не помогают друг другу, да и Юрий — далеко не добрый самаритянин.

Лана все это понимала, ее и саму беспокоило то, что она никак не могла найти подвох. О том, что подвоха нет, она даже не помышляла. Однако здесь нужно было не придираться, а выбирать меньшее из двух зол.

Любую диверсию, которую подготовил Юрий, еще можно было как-то отразить. А вот если бы показ сорвался, они бы гарантированно потеряли все. В конце концов это признал даже Лаврентьев.

Большинство мастеров, связанных с коллекцией, переехали в здание «Вирелли». На своем месте остался только Павел, он это даже обсуждать отказывался. Но ему Лана могла доверять, так что он работал самостоятельно. Она же наблюдала за тем, что делают другие мастера, и помогала им, если нужно.

Лана не прекращала ждать подвоха, она внимательно следила за Охримовским. Лишь ради этого она соглашалась на его предложения пообедать вместе или отдохнуть за чашкой кофе. Не зря ведь говорят, что врагов нужно держать близко? Впрочем, не слишком близко. Она прекрасно помнила его трюк с поцелуем и больше не позволяла сделать фото, где их могли бы счесть парой.

Охримовский к этому и не рвался. Он вел себя идеально, неожиданно смиренно, дружески даже. Лана успокаивала себя тем, что он, должно быть, сделал ставку на репутацию. Нового директора «Вирелли» еще не назначили, однако всерьез рассматривали только одну кандидатуру. Показательной милостью к главным конкурентам Охримовский попросту набирал себе очки в сфере маркетинга, только и всего.

Пару раз Лана даже позволила ему помочь мастерам со сложными украшениями, работать руками он умел так же хорошо, как создавать собственные проекты. Но и тогда он не попытался ничего сфотографировать, изменить или украсть. Юрия Охримовского было не узнать, и Лана наконец позволила себе расслабиться.

Коллекция была готова, до показа оставалось несколько дней. Даже если Охримовский задумал какую-нибудь пакость, главный проект он сорвать уже не мог.

* * *

Никто не говорил, что случилась беда, но это чувствовалось сразу. Никто никуда не бежал, как это было при пожаре. Просто в воздухе зависло напряжение — тяжелое, как будто осязаемое. Люди о чем-то тихо переговаривались и почти все смотрели на экраны мобильных телефонов. Такого из-за мелочей не бывает…

Сначала Лана испугалась за коллекцию, но быстро сообразила: если бы что-то случилось с украшениями, ей бы уже названивали с десятка номеров. Получается, дело не имело прямого отношения к работе — но вместе с тем было как-то связано с «Русской легендой». Именно сотрудники этого ювелирного дома сейчас выглядели подавленными, а вот представители «Вирелли», наблюдавшие за ними, скорее посмеивались.

Гадать, что произошло, не было ни смысла, ни времени. Лане только и оставалось, что зайти на первый же новостной портал — и сразу получить ответы.

Там были фотографии того, кто вряд ли желал такой славы… да точно не желал! Павел терпеть не мог, когда на него смотрели, о публичном размещении фотографий и речи не шло. Однако снимки на портале были — крупным планом, самые неудачные, делающие акцент на шрамах, а не на здоровой половине лица.