Онлайн книга «Спящий город Камбоджи»
|
Первым делом, она кинулась к номеру Виктора. Но он на стук не отвечал. Проходившая мимо горничная упомянула, что видела, как «господин из этого номера» уходил. Понятно, проснулся и отправился искать ее! Иронично, ничего не скажешь… Теперь он может быть где угодно. У них не было какого-то особого места встреч, но им и без этого всегда удавалось пересечься где-то рано утром, а потом просто не расставаться. И вот именно сегодня все пошло не так! Искать Виктора было бы слишком тяжело. Поэтому Мари решила обратиться не к нему. В последние дни, ей очень нравилось проводить время с Одри. Так уж вышло, что она редко дружила с женщинами — по многим причинам. Однако художница стала приятным исключением. Она не завидовала красоте и признанию Мари, не осуждала за рассказы о бурном прошлом, не лицемерила. Просто весь мир для нее сводился к картинам. Они были центром, остальное — окраиной. Такой прочный жизненный фундамент позволял ей сохранять искренность во всем остальном. С Одри было проще, чем с Виктором. Она упоминала, что по утрам любит ходить в церковь. Во-первых, там ей спокойнее, и без вдохновения не обходится. Во-вторых, она пересматривала свои картины, чтобы, как она сама это называла, «провести работу над ошибками». Поэтому в церковь Мари и направилась. Там царила привычная прохлада, дополненная тишиной. Это на улице могла кипеть жизнь. Сюда люди заходили довольно редко, разговаривали шепотом и надолго не задерживались. В зале художницы не было, поэтому Мари сразу направилась в подвал. Но оказавшись там, она обомлела, позабыв о цели своего прихода. Это были картины Одри, с легкостью узнавалась ее кисть. Но — другие! Всю коллекцию успели заменить! Как, когда, почему — Мари не представляла. Да и, если честно, не приветствовала эти перемены. Потому что если та коллекция была яркой, воздушной, полной радости жизни, то эта оказалась потяжелее. Нет, красота картин все еще поражала. Но это была другая красота. Вместо нежных лепестков лилий — бьющий по листьям дождь. Птицы уже не парят, они опустились на землю, сложив усталые крылья. Ангел… ангела и вовсе нет. Зато есть пустыня, в которой еле-еле выживает робкий оазис… — Мари? — Художница направлялась к ней из дальнего зала. — Не ожидала тебя увидеть здесь! Ты к картинам или ко мне? Она улыбалась — всегда улыбалась при встречах. Искренне. Но теперь в ее улыбке было больше усталости, а пустота, жившая раньше лишь в глубине ее взгляда, распространялась по зеленым глазам. — Сначала к тебе, но теперь уже не знаю! — признала Мари. — Ты не предупредила меня, что будет новая коллекция! Это же потрясающе! Причем потрясающе во всех смыслах. Доставить сюда картины, не повредив их, достаточно сложно. С этой дорогой все сложно! А Одри умудрилась привезти сразу две коллекции… внушает уважение! Вот только художница не спешила благодарить ее. — О чем ты? — изумилась она. — Это та же коллекция, что и раньше! Она здесь уже несколько недель висит! — Да нет, не та! — настаивала Мари. — Я ту хорошо помню! Там было больше белого цвета… — Не было. Я не очень люблю белый цвет. Он такой яркий… глаза режет! — А как же ангел? — Я не рисую ангелов. Как видишь, у меня вообще религиозных картин нет, мне это не близко. И я не виновата, что мои картины выставляются в церкви. Это была не моя идея. Мне предложили, я согласилась. Говорят, что многим нравится. Жалко, что тебе нет… |