Книга Море играет со смертью, страница 108 – Влада Ольховская

Нет, ситуация стремительно катилась к голливудскому фильму про суперзлодеев и тридцать три заговора. В этот момент Марат и решил, что с него хватит. Полина рассказывала ему, что люди деятельные, сталкиваясь с горем, начинают искать справедливость, даже возможность отомстить. Что угодно, лишь бы не принимать волю слепой судьбы! Но это ловушка, потому что мстить на самом деле некому, виноватых они назначают сами.

Вот и Марат чувствовал, что угодил в такую ловушку, провалился – однако не до конца. Он вовремя заметил, что происходит, и заставил себя отстраниться и смириться. Теперь оставалось решить лишь один вопрос…

Полина.

Их общение все это время строилось на попытках разобраться в том, что на самом деле произошло с первым корпусом. Но если эти попытки больше не нужны, получается, что и общаться нет смысла – а он хотел! Марат и сам не до конца понимал, почему. Это не был типичный курортный роман, ведь место, объединившее их, по-прежнему оставалось храмом смерти и страдания для многих. Тут не хотелось бурно обниматься под луной и чокаться коктейлями с зонтиками. И Марату точно не требовался психолог, и подружка для болтовни тоже не нужна, с каких это пор? Майоров привык, что в жизни все играют роли, но для Полины роли пока не находилось.

Он решил не сосредотачиваться на поиске и просто обозначить то, что она ему дает. А давала она многое: с тех пор как он оказался здесь, Марат больше не чувствовал желания выпить столько, чтобы не думать и не чувствовать. Это было приятным разнообразием после того, что творилось с ним в Москве. К тому же и он никому не признался бы в этом, ему нравилось, что Полина порой понимала его мысли лучше, чем он сам. Они, мысли эти, казались комком букв, которые кто-то небрежно свалил в кучу, да так и оставил. Полина же разбирала их, снова составляла слова, помогая Марату лучше понять себя. Если бы он сказал это ей или кому-то еще, прозвучало бы смешно. Но сам-то он понимал…

Вот это ему и не хотелось терять. Ее спокойное, порой ведьминское понимание. Глаза цвета хвои, заглядывающие людям в души. И свою возможность поддержать это странное существо, свое тайное знание, что и она не всесильна.

Интриг Марат не любил и от собственного замысла придумать какой-нибудь хитрый план, удерживающий их вместе, отказался. Майоров решил говорить как есть.

Он нашел ее в обед, перехватил возле ресторана и предложил снова занять один столик. Но Полина, к его удивлению, сразу же отказалась. И снова с таким взглядом, как тогда, когда она послала его первый раз… Но ведь потом она, кажется, передумала! Тем вечером, когда пострадал Зотов, она явно размышляла об этом – а теперь опять смотрит с холодом статуи.

Марат не собирался гадать, что да почему. Не верил он и в то, что никакого «почему» вообще нет – только не для такого человека, как Полина. Ему оставалось лишь спросить:

— Что происходит?

— Не думаю, что у нас выйдет толковое общение, – вздохнула она. – Не без общей практической цели так точно. Я понимаю, что у каждого из нас за спиной свои проступки. Но суть проста: что-то мы можем принять в другом человеке, а что-то – нет. Именно в нем, даже если это дозволено другим.

— Та-ак… Начинаю понимать. Ты приписала мне какой-то грех и решила, что меня за это нужно в изоляцию. Потом ты подумала и решила, что меня ради общей цели можно и потерпеть.