Книга Семь Ветров, страница 63 – Влада Ольховская

Однако в один далеко не прекрасный день все сложилось само собой. Криста вынуждена была принять роль Ветра, чтобы спасти людей. И отказаться после такого она не смогла бы, не сразу так точно.

— Сначала я думала, что побуду Ветром год-другой, а дальше уступлю Морицу, – пояснила она чужакам. – Мне важно было раздать долги и выполнить свои обещания. Но когда я разобралась с этим, я поняла, почему отец не хотел видеть Морица своим преемником.

В день битвы, которая погубила Карстена Хейнмана, Морица никто не мог найти. Позже он пытался оправдаться, рассказывал про дверь кабинета, которую заклинило, про свою личную маленькую войну в наполненных монстрами коридорах, про то, как он должен был сначала защитить жену и сына, потом уже всех остальных… Его версии постоянно менялись, и окружающим не нравилась ни одна. Поэтому, когда Мориц потребовал свергнуть Кристу силой, его самого чуть не вышвырнули из Семи Ветров.

Осознав, что еще чуть-чуть, и его собственный зад окажется в холоде и опасности, он поубавил градус истерики. Он признал лидерство Кристы и даже научился лебезить перед ней. И все же окончательно от своих целей он не отказался. Он пару раз подсылал к Кристе Эллу, которая пыталась уговорить младшую сестру отступить. Пробовал побеседовать сам, плел какие-то интриги… Потом сообразил, что его никто не поддержит, и вроде как угомонился.

Раньше Криста утверждала бы, что он угомонился, куда уверенней. То, что рассказ она вела с больничной койки, заставляло добавлять это осторожное «вроде как».

Мог ли Мориц решиться на попытку убийства? Безусловно, смерть Кристы стала бы идеальным решением всех его проблем. Он изначально не прибег к такой мере вовсе не из семейной любви, он просто не был уверен, что все сложится так, как нужно. Однако если у него появился союзник… Да, он мог. И он легко добавил бы икру моллюска в питьевую бутылку Кристы – только там эту дрянь и нашли, остальные резервуары оказались чисты.

— Ну а твоя сестра что же? – полюбопытствовала Геката, и в этом любопытстве не было и тени сострадания. Скорее, интерес ученой, которая наблюдает за неизвестными животными. – Она не заметила бы, к чему он готовится? Или согласилась бы на твою смерть?

— Она вряд ли согласилась бы, – покачала головой Криста. Лекарства определенно работали, к ней возвращался полный контроль над собственным телом. – Но Элла, она… Скажем так, за годы семейной жизни она научилась не видеть то, что ей не нравится.

— Получается, убить тебя мог соперник… Кто еще?

— Не знаю… Больше никто, наверно.

— А если подумать?

Это был не просто вопрос, они что-то знали. Они даже особо не скрывали этого! Да еще и относились по-разному… Марк, кажется, не против был рассказать, но Геката продолжала свой непонятный научный эксперимент.

Наконец врач не выдержал:

— Она имеет право знать.

Его слова не должны были иметь значения – для Гекаты, Кристу они насторожили еще больше. При первых переговорах с делегацией Ветер обратила внимание на то, что Геката наделена наибольшей властью, да она и сейчас общалась как та, кто привык к мгновенному исполнению всех своих приказов. Так что и мнение Марка она должна была проигнорировать – что ей до своих подчиненных?

Однако получилось иначе: ее лицо оставалось скрытым маской, поэтому разобрать ее точную реакцию не получилось бы, однако Геката повела в воздухе рукой, словно отдавая Марку позволение делать что угодно.