Книга Семь Ветров, страница 61 – Влада Ольховская

Поэтому Криста сказала:

— Если предположить… Думаю, первыми кандидатами станет моя семья.

Она надеялась, что ее отец будет править еще долго. Карстен жил упрямо, он не поддавался болезням, и с годами он не терял остроту ума. В какой-то момент Криста даже верила, что отец вечен… Потом перестала, однако такого близкого финала все равно не ожидала.

А вот отец начал готовиться к любому варианту развития событий заранее, сразу после того, как у него появились наследницы. То, что родились девочки, его не смущало. Хорошему механику не так уж нужна физическая сила, если они будут достаточно умны, они со всем справятся. Поэтому дочерей он обучал точно так же, как обучал бы сыновей.

Только вот дочери реагировали на это по-разному. Криста все схватывала на лету, возня с машинами доставляла ей непередаваемое удовольствие, она очень рано начала изобретать, а уже подростком присоединилась к семейному делу в работе над Кали. Что же до старшей дочери, Эллы… Она точно не была глупа, обучение ей давалось неплохо. Просто она, в отличие от Кристы, не хотела становиться инженером, не говоря уже о работе простого механика. Она подчинялась отцу, потому что привыкла к такому. Но когда он однажды спросил ее, кем бы она хотела стать, если бы над ней не висела роль наследницы, Элла ответила честно:

— Никем… То есть, я вообще работать не хочу. Мне нравится, как живут те женщины, которые все время проводят с детками. Но ты не переживай, папа, я сделаю все, что ты скажешь.

Карстен тогда натянуто улыбнулся дочери – но переживать все-таки начал. Улучив момент, он обратился к младшей, предложил ей принять роль наследницы. Но Криста старательно отмахалась от него разводным ключом:

— Э, нет! Нет-нет-нет! Элле эта фигня выпала, Элла пусть и отдувается, а я не полезу!

Сколько лет ей тогда было, четырнадцать, пятнадцать? Ей казалось, что жизнь – это игра, а роль Ветра – награда. Она тогда не поняла, почему отец так помрачнел после ее слов, ведь забавно же получилось! До нее дошло лишь много лет спустя, когда стало слишком поздно.

Карстен еще несколько лет понаблюдал за дочерями и убедился, что ни одна из них не склонна к лидерству. Он разрывался между ответственностью перед людьми, которые ему доверяли, наследием своей семьи и любовью к своим детям. Он не хотел заставлять Эллу и Кристу делать то, что им совсем не близко, однако не хотел он и того, чтобы имя Хейнманов навсегда потеряло значение для этого города.

Ну а потом он нашел, как ему казалось, идеальный вариант. За Эллой начал ухаживать Мориц Ку́пфер, помощник главы серийного производства. Молодой, симпатичный, сообразительный – так его описал отец. Добрый и красивый – так рассказывала Элла. Криста воспринимала его как какое-то чмо, но, поскольку остальным он нравился, свое мнение она держала при себе.

Мориц, уловив, что его симпатии не остаются без ответа, усилил атаку. Вскоре он познакомился с Хейнманами и постарался понравиться всем. С Эллой и напрягаться было не нужно, она уже обожала его до безумия. Карстен был скорее благосклонен. Ну а Криста… Она и сама толком не бралась объяснить, чем ей не угодил Мориц. Вроде как ничем… И все равно рядом с ним она чувствовала себя так, будто у нее по коже ползают те мелкие слизни, которые скапливаются обычно на трубах и жрут ржавчину.