Книга Воды возле Африки, страница 164 – Влада Ольховская

Можно было сказать, что все они сейчас счастливы, если бы не Ида. Младшие братья считали, что у нее все как обычно, потому что вне заданий она не притворялась нормальной, не изображала эмоции. Она была собой, задумчивой, молчаливой и опасной, как волчица, отсыпающаяся после удачной охоты.

Но это обычно. На сей раз что-то изменилось… По крайней мере, Фил не мог избавиться от чувства, что изменилось. Ида говорила даже меньше, чем обычно, часто уходила в цветущий сад рядом с виллой, больше времени проводила одна. Фил попытался обсудить это с Никитой, но тот лишь пожал плечами:

— Значит, такое настроение. Лучше лишний раз ее не дергать, больше людей останется на планете.

Возможно, прав был как раз младший брат, но Фил никак не мог успокоиться. Вот и теперь, убедившись, что Никита и Стёпа заняты просмотром телевизора и спорами, он покинул виллу.

В саду на этот раз никого не было, поэтому Фил прошел по аллеям, сформированным белыми и розовыми цветами, пушистыми, как внезапно упавшие с неба облака. В воздухе пахло медовой сладостью, жар тропического дня разгорался все сильнее. В такие моменты хотелось или спрятаться под кондиционером, или раскинуться на плетеном лежаке и получить от солнца все, что можно. Но у Фила не было настроения на отдых, кое-что по-прежнему не давало ему покоя.

Иду он нашел на пляже. Она сидела на стволе причудливо изогнутой пальмы, будто льнувшей к белоснежному песку. Фил не сомневался, что сестра знает о его приближении — она то ли очень хорошо слышала, то ли обладала необъяснимым чутьем, доступным только безумцам, он так и не разобрался. В любом случае, она всегда быстро определяла, кто и когда к ней приближается.

Сейчас она не обернулась, но это ничего не значило. Фил замедлился лишь потому, что нужно было идти к ней по песку, для такого не каждые протезы подходили. Сейчас он как раз испытывал новые бионические, не такие маневренные, как спортивные, зато неотличимые от настоящих ног и более подходящие для передвижения по любой не твердой поверхности. Пусть заодно и дополнительный тест будет…

С песком протезы справились отлично, полезно знать. Фил быстро привык к тому, что поверхность, по которой он движется, чуть проседает под его ступнями. Он добрался до дерева и устроился рядом с сестрой.

Перед ними раскинулся океан, отражавший тяжелое небо, на котором лето уже сливалось с осенью. Казалось, что это совсем другой океан, не тот, который подкармливали кровью с «Ханганы»… Другой мир, другая планета. Но Фил прекрасно знал, что это лишь очередная иллюзия восприятия.

Мир не плохой и не хороший. Мир — ресурс, который нужно использовать по максимуму.

— Ты довольна охотой? — спросил Фил.

— Вполне.

— А мне кажется, что не совсем.

— Почему? — без малейшего любопытства спросила Ида.

— Потому что ты перестаешь думать об охоте, когда она завершена… обычно. А сейчас — нет.

— Откуда ты знаешь, что я думаю об охоте?

— А о чем еще? Ты не переключилась на обсуждение того, что мы будем делать дальше. Думаю, ты все еще там… На корабле. Это типично для тебя: тебе нужна завершенность по всем пунктам. В этом случае по одному ее нет.

Ида не стала с ним спорить. Будь она обычной девушкой, она бы уже покраснела, смутилась, начала доказывать, что он не прав и вообще дурачок. Но, будь она обычной, жизнь сложилась бы по-другому для всех… Или почти для всех. Для Фила давно завершилась бы.