Книга Воды возле Африки, страница 125 – Влада Ольховская

Этот навык дался ему тяжело, но Антон не привык пасовать перед трудностями. Он сам напрашивался на операции, где предполагались такие преступления, и заставлял себя смотреть. И на кровь смотреть, и в полные животного ужаса глаза жертв. Он убеждал себя, что это не так уж страшно, каждый получает только то, что заслуживает. Он же не стал жертвой! Значит, эти люди сами виноваты.

Какая-то часть его природы, странная, позорная, сопротивлялась новой правде о мире до последнего. Антону не всегда удавалось досмотреть до конца, его рвало, у него болела голова, после нескольких особо кровавых операций его на пару недель сваливала с ног лихорадка. Казалось, что сама его сущность умоляет его остановиться, одуматься, отступить! Но разум упрямо гасил инстинкты и вытравливал из себя душу. Отчасти это было из-за того, что Антон понимал: никто его уже не отпустит, он присоединится либо к хозяевам жизни — либо к жертвам. Но это было не единственным его оправданием. Он просто чувствовал: если он станет таким, как остальные, жить ему будет намного проще и комфортней.

У него получилось. Не было никакого прорыва, финишной черты, которую он пересек. Просто с каждым разом ему становилось легче, ему не казалось, что боль других рассеивается в воздухе, наполняет его через легкие и так долго не отпускает… Когда ему самому потребовалось убить человека, он сделал это без малейших сомнений. Он даже почувствовал определенное удовольствие! Правда, ему нравился не сам факт уничтожения тела — как многим головорезам, которыми он руководил. Нет, Антона привлекал скорее тот абсолютный контроль, который отражается во власти над чужой жизнью.

Его старания оценили, ему поручали все более сложные операции. Антон уже и сам не помнил, какая сумма скопилась на его счету… На всех его счетах. Он даже подумывал о ранней пенсии или перерыве в год-другой — не то чтобы его совесть все-таки очухалась, скорее, он стал физически уставать от частых командировок и необходимости целыми днями дышать чьей-то кровью. Но пошла череда особо важных поручений, связанных с туристическими лайнерами, и соскочить он пока не мог.

Зато эти операции проходили великолепно… По крайней мере, так казалось Антону. То, что к нему приставили Кэмерона, несколько напрягало, ну да ничего. Возможно, это не его недостаток, это просто аудит со стороны новых партнеров, он никогда не вдавался в такие подробности. В любом случае, когда появился Кэмерон, Антон решил, что после этого задания точно не уйдет, выполнит еще минимум одно, прежде чем решится на сложные переговоры.

Но это было до того, как ситуация на «Хангане» покатилась хрен пойми куда.

Антон понятия не имел, чем это в итоге кончится, но болтать о таком не планировал. Он собирался держаться до конца. Он даже допускал, что все это — часть какой-то стресс-проверки для него и Каахина, не зря же именно сейчас рядом появился Кэмерон! Да, погибли люди… Теперь уже очень много людей. Но Антон не заблуждался насчет своих нанимателей, он знал, что они на такое способны.

В любом случае, нужно терпеть и делать то, что полагается. Хотя с этим стало сложно… Ничего, справится, раз всегда справлялся.

Сейчас большая часть пиратов отправилась на захват заложников. Ивона оказалась полезней, чем ожидал Антон, он-то предлагал ее убрать после того, как она отыграла свою роль при захвате «Ханганы». Но Каахин выступил резко против, а Антон и не настаивал, ему было не принципиально.