Книга Натрия Хлорид, страница 133 – Юсси Адлер-Ольсен

Асад отрешенно уставился перед собой.

— Теперь я вспомнил, Карл. В Коране ведь тоже упоминаются Содом и Гоморра, я просто забыл, о чем там речь. Но это о каре Аллаха тем, кто грешит и плюет на элементарное приличие. Ты думаешь, это ключ к мотивам убийцы? Тогда он действительно своего рода религиозный фанатик.

Карл кивнул и посмотрел на своего старого друга с большой теплотой. Это был первый раз за долгое время, когда Асад был дома у Карла, и первый раз за еще более долгий срок, когда они были так близки в ходе расследования.

— Ничего, если я немного послушала? — Мона незаметно вошла в комнату и стояла, скрестив руки на груди. Было ясно, что ей не терпится вставить комментарий.

— Асад, ты ведь знаешь, что Карл постоянно держит меня в курсе дела, так что я вполне способна следить за ходом ваших рассуждений. Я думаю, что истинно и искренне религиозный человек живет с множеством подразумеваемых ограничений относительно того, что можно и чего нельзя. Фанатик, конечно, вырабатывает свои собственные правила, я это понимаю, но он всё равно опирается на то, на чем строится его религия. И именно это заставляет меня сомневаться в том, достаточно ли ваш убийца разбирается в том, что позволено, а что нет слуге Божьему. В отличие от религиозного фанатизма, где почти всегда в связи с насильственным актом дается прямая ссылка на конкретную религию или секту, здесь нет никакого объяснения, почему этот убийца считает себя слугой Бога. Если вы спросите меня, то это не религия, а некое конкретное событие в жизни убийцы запустило этот безумный проект.

— Но какое, Мона? Именно в этом направлении мы и пытаемся найти ответ. Какое событие и какой человек может запустить механизм такого массового безумия?

Она посмотрела на Карла с блёклой улыбкой на губах и усталыми, тяжёлыми глазами. Ни на секунду она не забывала, в какой печальной ситуации оказалась она и ее маленькая семья, это было очевидно.

Она вытянула сжатый кулак в их сторону и оттопырила большой палец.

— Гипотетически, я думаю, что какое-то старое дело гложет убийцу, и эта обида со временем подпитывалась всем этим «крестовым походом», как ты его называешь, Карл.

Затем поднялся указательный палец.

— Далее, событие, которое так сильно ударило по убийце, произошло так много лет назад, что вы с уверенностью можете сказать: оно случилось до 1988 года — года первого убийства в вашей схеме.

И теперь присоединился средний палец.

— Мы знаем, что убийца абсолютно целеустремлен в своих преступлениях, а значит, вероятно, таков и во всех остальных аспектах жизни. Я думаю, что для этого у данного лица должны быть определенные финансовые средства, так как некоторые убийства требуют безумно долгой подготовки и времени.

Она подняла безымянный палец, остался только мизинец.

— И еще: мы говорим о невероятно терпеливом человеке, который не убивает направо и налево. Убивая только раз в два года, он очень осознанно заботится о безопасности. По моему мнению, убийца должен обладать блестящим интеллектом и чрезвычайно развитыми организаторскими способностями.

Настала очередь мизинца.

— Глядя на сложность убийств, я очень сильно верю в то, что ваш убийца — командный игрок. Что вы имеете дело с фигурой лидера, окруженного учениками.

Асад кивнул. — Интеллектуальный, терпеливый командный игрок, вероятно, состоятельный, с которым когда-то произошло что-то серьезное, что оскорбило его мораль. Ты думаешь, он почувствовал, что с ним поступили несправедливо?