Книга Цвет из иных времен, страница 68 – Майкл Ши

Всю ферму заливало внеземное свечение, которое всего несколько мгновений назад сгущалось только над пойманной в паутину человеческой добычей. Каждое дерево, разрушенное здание и фут земли – все полыхало и мерцало, и каждая деталь затонувшего и проклятого подворья, погруженного в давящую тьму, четко вырисовывалась в болезнетворном пламени.

Но была и другая причина, по которой мы бросили прожекторы и яростно погребли к колодцу. Пуповина инопланетного света, змеившаяся из дыры, горела в десятки раз ярче, чем все остальное; больше того, она завилась, как питон, яростно сражающийся с неким противником высоко наверху.

Эрнст плыл первым и вырвался вперед на несколько ярдов, поскольку был весьма опытным пловцом и техникой превосходил меня в разы. Когда он подплыл к колодцу, я смог оценить размеры последнего. Если повернуть его в горизонталь, то даже высокий мужчина смог бы пройти по шахте, не пригибаясь. Без всякого сомнения, отверстие увеличилось по сравнению с изначальным, каким было при жизни Саймсов: края колодца будто растянуло. Светящаяся змея, укоренившаяся внутри, дрожала и колыхалась, как нить паутины, по которой с убийственной скоростью неслась огромная туша, и только когда Эрнст приблизился к ней вплотную, я понял его намерение. Я остервенело забарахтался в безуспешной попытке его нагнать. В одно мгновение он расстегнул ремешок талисмана, закрепленного на запястье, и занес руку. Но перед самым броском совершил то, что, пожалуй, сделал бы на его месте любой – он заглянул в колодец, желая узреть колыбель ужаса, его земное логово. Он замер на миг, словно мотылек над лампой. И тут он что-то увидел – я понял это по тому, с какой силой содрогнулось его тело. Должно быть, он громко вскрикнул, но не могу знать наверняка, ибо услышать голос дорогого друга больше мне было не суждено. Рывком, отчетливо выражающим отвращение и ужас, он отплыл от нечестивого отверстия – но после того, как бросил амулет, который держал наготове. Я был близко – оставалось только протянуть руку, схватить его и оттащить подальше от светового питона, забившегося в эпилептических спазмах. А сверху, по танцующему тросу, на нас понеслось блестящее размытое пятно.

Летело оно невообразимо стремительно, а шахта, к которой оно направлялось, забурлила адским светом и мощными волнами. Я схватил моего дорогого друга за руку, и на мгновение мы встретились взглядом. Он улыбнулся – видимо, принимая свою судьбу. А затем огромное пятно нырнуло в шахту колодца – в убежище, заминированное к его приходу. Двигалось оно быстро, так, что очертания его размывались, и не обращало на нас никакого внимания. Погиб Эрнст не от удара Врага – а от разрывающей силы его предсмертной агонии.

Ибо не успело чудовище нырнуть в недра земли, как разрушительное сотрясение раскололо дно озера. Титанический поток инопланетного света рванул из колодца гейзером, и ударная волна подхватила все без опоры или привязи – лодки, доски, трупы, – подняла иноземной силой на полах взрыва. Руку Эрнста вырвало из моей ладони. Мучительный всплеск ослепил меня, а затем я повис в воде – один в кромешной тьме клубящегося ила, удерживаемый некой опасной силой тяжести, не свойственной ни одному известному мне предмету, ею, как я позже понял, наделил меня мой талисман.