Книга Нартуган: Из огня и магии, страница 94 – Ануар Нурланулы Кошкарбаев

Девушку похитили в тот же день, когда Далагуд узнал о тайном проникновении в Отрарскую библиотеку. Всё произошло быстро — едва Ляззат успела понять, что за ней следят, как несколько незнакомцев в масках вынырнули из темноты, схватили её и, не давая опомниться, унесли прочь. Она не успела закричать — ладонь, пропитанная чем-то горьким, накрыла её губы, погружая в тревожный полусон.

Очнулась она уже в плену, в комнате, наполненной роскошью, но скрывающей за собой клетку. Всё здесь дышало иллюзией благополучия: мягкие ткани, приглушённый свет, изысканные блюда, приятная музыка. Но Ляззат знала — всё это было ложью. Она не могла уйти. Кулон, который когда-то она надела сама, теперь лежал на подушке, словно ждал её решения. Когда Обур вручила его ей, он казался безобидным украшением, но теперь Ляззат знала правду: он был создан не для неё, а для того, чтобы пленить других. Она отказалась его носить.

Сначала её уговаривали. Ласковые голоса нашёптывали, что так будет лучше. Потом голосам надоело быть мягкими, и началась игра на выносливость: еду убрали, воду давали скупыми глотками, словно испытывали её пределы. Первый день она терпела. Второй — молчала, ощущая, как внутри разгорается ненависть. На третий она уже не могла подняться с кровати. Голод сворачивался внутри ледяным комком, высасывая силы. Головокружение, слабость, гул в ушах — всё это сменялось лишь одним желанием: выжить. И тогда ей вновь предложили кулон.

Ляззат долго смотрела на него, прежде чем дрожащими пальцами взять цепочку и застегнуть её на шее. Она больше не сопротивлялась. Но в тот момент, когда холодный металл коснулся её кожи, внутри что-то оборвалось. Теперь, с кулоном на груди, она должна была исполнить волю Далагуда — заставить Нартугана привязаться к ней.

Тем временем, возле дома Мардана, двое стояли у высокого металлического забора. В руках у каждого был серебряный тумар — древний артефакт, созданный для подавления магии. Люди использовали бумажные свитки, пряча их в кожаный треугольник, но для магических существ этого было недостаточно — тумары действовали на них только в металлическом исполнении. Серебро подавляло способности, золото усиливало зачарования, а бронза… воняла так, что отпугивала даже самых стойких.

Надев серебряные тумары на шею, оба незваных гостя невольно скрючились, отключение магии всегда сопровождалось неприятным ощущением, будто что-то внутри натягивалось до предела, грозясь вот-вот лопнуть. Но привыкнув к новым ощущениям, через пару минут, они двинулись дальше. Барьер, невидимый для обычного глаза, разошёлся перед ними беззвучной рябью, он не срабатывал для людей без магий.

Перепрыгнув через высокий забор, они оказались во дворе. Это место больше походило на ловушку, чем на жилище. Сабыржан никогда не звал сюда гостей, и на то была веская причина. Дом не имел дверей в привычном понимании. Единственный вход представлял собой огромную лунку в потолке, расположенную так высоко, что добраться до неё обычным путём было невозможно. А сам двор представлял собой сплошную западню, созданную для того, чтобы исключить любое приближение к дому. Почва под ногами казалась странно упругой, будто под ней скрывалось что-то живое, чутко реагирующее на шаги непрошенных гостей. Вдоль стен росли ядовитые растения, чьи мясистые стебли чувствовали тепло чужого тела. Стоило приблизиться, и они выпускали тонкие иглы, покрытые едким ядом. Самые опасные могли разбрасывать отравленные брызги на пять метров, оставляя на теле химические ожоги.