Книга Вендетта, страница 234 – Ларри Коррейя

Но это была уже не моя проблема.

Кулак отказывался уезжать, пока Арчер не пообещал доставить «Крокодила» обратно в Алабаму. Я не знал, разрешит ли ему Майерс сдержать свое обещание, но подозревал, что, если нет, орк просто найдет его и разберется. И сцена будет некрасивая, потому что Кулак с этой вертушки просто пылинки сдувал.

Я как раз летел в бизнес-классе трансатлантического рейса, когда мне позвонили. Вернее, Эрл дозвонился не до меня, а до Джули, потому что мой телефон так и лежал на дне реки Алабама.

Джули разбудила меня тычком под ребра и передала телефон, наплевав на запрет использования электроники в полете.

— Ты справился, – сказал Эрл. – Как только связь с Владыкой Ужаса оборвалась, Рокки сказал, что ему тут больше нечего делать, и свалил домой.

— Рокки?

— Ну, этот, Рок’хасна’гнев, пожиратель миров и все такое. Мы вместе интересно время провели, можно сказать, познакомились. Кажется, он не ожидал, что я продержусь и без боя не сдамся.

— Он успел тебе навредить?

Эрл молчал так долго, что я подумал, связь оборвалась.

— Я… потерял кое-что. – Что именно, он не сказал, но, вспомнив ужасную судьбу Карлоса, я порадовался, что хотя бы одного друга смог от такого же уберечь. – Спасибо, Оуэн. Спасибо за все.

— Мне жаль, что с Сэмом так вышло. Если б я не освободил Сьюзан…

— Не надо. Sic Transit Gloria Mundi. Сэм Хейвен бы героем, одним из лучших моих друзей. Умер он – как и жил: чертовски храбро, спасая жизни, делая свою работу. Такой смерти он и хотел.

— Скоро увидимся, Эрл.

* * *

Через день после нашего возвращения федералы вызвали меня в Монтгомери, в одну из своих штаб-квартир. Вызвали только меня, официально. Похоже, Бюро хотело мне задать пару вопросов о том, что в последнее время творилось.

По этому случаю я влез в свой единственный костюм, который обычно приберегал для свадеб и похорон. Вероятность того, что меня решат судить за всякое, хоть и маленькая, но была. И уж совсем маленькая – что они решили заставить меня «исчезнуть» за то, что торчу как заноза в заднице. Впрочем, чуйка подсказывала, что, если меня захотят убрать, просто пошлют Фрэнкса.

В Монтгомери офис Майерса был возле суда, девушка на выходе из лифта показала мне дорогу. У кабинета стоял один единственный стул, занятый нервным Грантом Джефферсоном.

Я молча остановился.

Он встал, поправил костюм (подороже моего). Я, конечно, прошел через металлоискатель на входе, но Грант все равно явно меня опасался.

— Я хотел поговорить с тобой, прежде чем ты пойдешь к Майерсу.

А вот мне с ним говорить было не о чем. Поэтому я просто ждал. Похоже, Грант аж кушать не мог, пока не снимет груз с души.

— Когда ты спросил меня, почему я вернулся, я ответил правду.

Я опять промолчал.

— Да, я действительно чувствовал себя неудачником. Ненавидел это чувство, когда знаешь, что происходит, но не можешь драться. Ощущаешь себя трусом. Но обида была сильнее, мне казалось, что это К.О.М. меня бросили, а не наоборот. И когда Майерс связался со мной, я увидел, что есть способ сделать все правильно, послужить своей стране и людям. Действительно помочь.

Помочь? Скрывая правду и убивая людей, которые слишком много болтают? Убеждая себя, что ты герой?

— А мне ты зачем это рассказываешь?

Он покачал головой.