Книга Вечные Пески. Том 4, страница 91 – Лео Сухов

Я опустился на колено, не в силах стоять. И чувствуя, как дрожат руки, как топор тянет их вниз. Склад затихал. Люди оглядывались, не веря, что страшной ночи конец. Кто-то смеялся, кто-то плакал. Из глубины доносились крики и стоны раненых. Их, кажется, уже перевязывали.

А я понимал: как-то надо всех взбодрить. Заставить собираться и уходить. Как мы и планировали раньше. И этим уставшим людям снова придётся трястись в сёдлах. Можно было остаться ещё на ночь, чтобы слегка перевести дух…

Но… Я вышел со склада и огляделся, оценивая наше положение. Может, я и не великий полководец, а простой наёмник, но даже мне было очевидно: вторую ночь мы здесь не переживём. Телеги, которые загораживали входы на склады, изломаны. Практически из каждого занятого склада выносили убитых. А ведь многие демоны попрятались здесь же, на территории. И завтра их гарантированно будет больше, чем сегодня.

— Собираем убитых, быстро сжигаем и уходим! — приказал я, вернувшись на склад. — Отправьте посыльных к нашим на другие склады. Времени у нас мало. Будем идти весь день, без остановок.

Спать… Мне жутко хотелось спать. Накануне всю ночь — бой, а дальше — поездка в Рамдун и обратно. Сегодня — снова бой на всю ночь. Я, конечно, успевал подремать в седле. Но это не полноценный сон. Иногда такой отдых хуже, чем его отсутствие. Глаза слипались, тело настойчиво требовало прикорнуть на пару гонгов. Жаль, времени и вправду не было.

Люди зашевелились, приходя в себя после передышки. Там, где недавно царила оцепенелая тишина, слышались команды и скрип тележных осей. Смерть шла за нами по пятам, но мы собирались её опередить.

И всё же без потерь не обошлось. Со стороны других складов выволакивали убитых. Складывали в ряд у стены: быстро, без почестей, лишь бы успеть сжечь. Рядом, в отдельную кучу, кидали останки демонов. Кочевники, возможно, пренебрегли бы этим, но я день за днём вбивал в их головы главное правило: не оставлять тел. И, кажется, добился того, что даже жители ханств под моим началом стали его неукоснительно соблюдать.

Кое-где на земле ещё дымилась псевдоплоть, сворачиваясь в маслянистые лужи. Я случайно наступил в одну из них, и подошва противно чавкнула.

— Вот дерьмо… — тихо выругался я и обтёр сапог об чистый песок.

А, заметил вышедшего со склада Акшура, крикнул ему:

— Спасибо вам за шипы! Начинайте сжигать тела!

Порошок Солнца задачу выполнил быстро. Яркие вспышки полыхнули у стены, и запах палёной плоти смешался с утренней свежестью. Никто не стоял, прощаясь, рядом с кострами. Не было на это времени. Скорбь, плач, поминки — всё потом. Когда получится уйти подальше.

Со складов уже выкатывали телеги. Гнуры, пережившие ночь, фыркали и упирались копытами, не желая выходить на свет. Их хлестали поводьями, тянули за уздечки, и животные, обиженно всхрапывая, вытаскивали груз через проём. Колёса прыгали по обломкам каменных шипов, по мелкому крошеву, оставшемуся от боя. И, каждый раз, выбираясь наружу, телега оставляла в пыли глубокую колею.

Переханов навьючивали прямо у входа. Кто-то один прижимал тюк с припасами, пока второй набрасывал ремни. Животные нервно косились на чёрный песок, на тени в провалах дверей соседних складов. Я видел, как один из погонщиков, молодой парень с перевязанной рукой, всё никак не мог затянуть узел. После ранения, видимо, пальцы не слишком слушались. Подошедшая женщина молча отстранила его, ловко подхватила ремни. И уже через мгновение тюк сидел на спине перехана, как влитой.