Книга Игра клеток, страница 157 – Гарри Конолли

Они шли с ножами, инструментами для деревообработки, рукоятками топоров и незаряженными пистолетами. Я высоко поднял железную трубу и опустил левую руку. У меня не было щита, и мне хватило татуировок на предплечье. Я зажал призрачный нож в зубах. Они издали еще один боевой клич, пронзительный животный вопль и мне захотелось закричать им в ответ, но вместо этого я сдержался, направив эту необузданную энергию в свои руки и глаза.

Первый парень, который оказался рядом, споткнулся о Большого Билла и упал передо мной на колено, так что я ударил его трубой по плечу, отбросив его на того, кто стоял позади него, затем я сильно ударил следующего по запястью, так что его молоток отскочил от стены как раз в тот момент, когда он упал. еще двое приблизились, на этот раз лучше удерживая равновесие, и я ударил локтем и плечом так быстро и сильно, как только мог, блокируя заточенную мотыгу защищенной рукой, но теперь домашние животные толпились вокруг, иногда спотыкаясь, но этого было недостаточно, чтобы я мог опередить каждый удар, каждую рука тянется ко мне, из каждого звука, который они издавали, потому что я даже больше не смотрел на их лица, у меня не было времени угадать, какую атаку они предпримут, основываясь на их глазах или положении тела, они были просто массой тел, несущихся на меня, а я лежал со своей трубой, размахивая ею во все стороны изо всех сил. моя сила против людей, которым, как я сказал Кэтрин, я не хотел причинять вреда, но вот я здесь, ломаю руки и ключицы, и когда бита в первый раз попала мне в бедро, боль так напугала и взбесила меня, что я ударил человека, который держал её в руках, прямо по голове, а потом все темные силуэты, казалось, окрасились красным, когда я отбивал атаки предплечьем и крушил кости трубой, хотя у многих из них даже не было оружия, только руки, которые тянулись, чтобы сбить меня с ног, так что я крушил и их, ожидая ножей и ударов по голове и я разбивал запястья, локти, ключицы и хрупкие-хрупкие черепа, а домашние животные продолжали наступать на меня, перелезая через те, что я разбил, спотыкаясь, поскальзываясь в воде и крови и спотыкаясь о упавшие тела., затем я почувствовал внезапную острую боль в икре и, опустив глаза, увидел, как девочка не старше тринадцати вонзает длинный нож в мою ногу, и моя ярость, адреналин, ненависть и бешенство позволили мне так легко, так легко! Ударить этой железной трубой по её маленьким ручкам, и я знаю она закричала, хотя я не мог этого расслышать из-за шума, который производили другие домашние животные, но, Боже, я увидел выражение её лица, и весь мир должен был остановиться прямо в этот момент, но они продолжали приближаться, а я продолжал бороться, и в тот момент я понял, что не имеет значения, переживу ли я это, на самом деле, лучше бы я этого не делал, потому что я становился все более грубым и злым в этом мире, и я больше не заслуживал быть в нем, поэтому я закричал, наконец, выплеснув весь свой гнев и ненависть на хищников и сверстников, а больше всего на себя за то, что я делал, потому что Я не собирался останавливаться, никогда, пока не закончу эту чертову работу, и призрачный нож, выпавший у меня изо рта, начал носиться по комнате со скоростью воробья, кружа вокруг меня, как камень на веревочке, а я просто продолжал наносить удары, потому что я совсем не устал, злые люди никогда не устают творить зло.