Онлайн книга «Перстень Тамерлана»
|
За воротами внезапно навалился на всех шум городских улиц – широких, центральных, запруженных народом, и маленьких, запутанных, таких что и не выберешься без провожатого, но от этого не менее многолюдных. Город прямо-таки кишел людьми, словно гигантский муравейник, пах фруктовыми ароматами рынков, звенел кварталами ювелиров и кузнецов, завывал пронзительными трелями муэдзинов: — Алла-а-а… — Сила и могущество только у Аллаха, – пробормотал про себя Касым. Намаз совершили у главной мечети. — Хазрати Хизр! – доставая молитвенный коврик, с гордостью кивнул на нее возница. Ого! Он, оказывается, умеет говорить. А ведь всю дорогу молчал. Раничев усмехнулся. Мечеть и в самом деле была красива – с пятью аркадами и двумя минаретами по краям, выстроенная из строгого сероватого камня, украшенного разноцветными изразцами. — Алла-а-а-а-а… — Мустафа – Ибрагим, – вполне к месту вспомнил Раничев старую песенку группы «Куин». Неплохая была песня, да и группа тоже, жаль Фредди Меркури, жаль… Величественное зрелище разворачивалось между тем перед глазами Ивана. Сотни людей, не вместившихся в мечеть, подстелив коврики, стали на колени, протягивая руки к храму, – именно в той стороне, видимо, и находилась священная Мекка – и все одновременно склонились к самой земле. — Ал-ла-а-а-а-а… Каждый из них – воин и акробат, крестьянин и шейх, купец и нищий – чувствовал сейчас себя частицей одного целого – мира ислама. У каждого были одинаковые движения, одинаковые слова молитв: вероятно, и мыслили они тоже одинаково. Последнее вряд ли могло вызывать восхищение, как и это общее моление… Но было красиво! Окончив намаз, гулямы Касыма и его караван с военной добычей неспешно поехали дальше, пробираясь сквозь расступавшееся людское море. Раничев даже устал вертеть головой и порадовался, что все-таки едет, а не идет, – иначе б, наверное, давно потерялся, как когда-то в далеком-далеком детстве в Ленинграде на Московском вокзале, отойдя всего на несколько шагов от маминых чемоданов. Столица Тимура произвела впечатление. Недаром говорили – велик эмир, велика и столица! Огромный шумный город с великолепной архитектурой и тщательно замощенными улицами, несомненно, один из мегаполисов тогдашнего мира. Иван давно уже отвык от подобных вещей, Угрюмов все-таки не Москва и не Питер… и даже не Самарканд. Этот средневековый город был куда больше, многолюдней и красивее! — Ну вот наконец и прибыли, – подъехав к широким, украшенным затейливой резьбою воротам, обернулся Касым. Какой-то юркий паренек – видимо, пресловутый Шами – по его знаку громко постучал в небольшую дверцу рядом с воротами. — Улица Торговцев людьми. – Касым горделиво обвел рукою каменные дувалы с такими же воротами. Расположенные вокруг усадьбы явно не принадлежали беднякам. Богатым работорговцам, судя по названию улицы. Фешенебельный район, тихий и спокойный… Только откуда этот назойливый звук, словно бы кто-то изо всех сил колотит молотком по железу. Так бывает в гаражах, когда кто-нибудь выправляет помятое крыло или бампер. — Там, за углом – махалля Медников, – недовольно поджав губы, пояснил Касым. – Вот и шумновато. Ворота открылись совершенно бесшумно, видно, были хорошо смазаны, пропустив во двор Энвер-бека повозки и воинов. Что-то бросив вышедшему во двор управителю, Касым, не слезая с коня, повелительно позвал нескольких гулямов и выехал со двора. Те понеслись за ним, прихватив с собою пойманного разбойника Кучум-Кума. Видно, Касым торопился на доклад. |