Онлайн книга «Перстень Тамерлана»
|
Не раз и не два ворочался еще Иван, пока не подкатился под теплый бок Евдокси. Там и уснул под громкое воронье карканье. Не заметил даже, как сменил Салима Ефим Гудок. Светлело уже, вот-вот – и ляжет на траву первая утренняя роса, а за дальним лесом, за обгоревшими стенами, встанет яркое розовое солнце. Сотня воинов Энвер-бека на рысях проскочила церковь. — Ну где они, бачка? – Обернувшись на скаку, Энвер-бек – усталый, с надменным изможденным лицом – поправил синий плащ, небрежно наброшенный поверх золоченого панциря работы лучших мастеров Самарканда. — Там, там, князь, – замахал руками дикоглазый урусутский старик в черном балахоне, похожий на старого ворона. – Еще немного проскачем. Бек кивнул. Сказать по правде, он не очень-то хорошо понимал язык урусутов, но у этого желтолицего старца была золотая пайцза Тимура, и сам эмир Осман приказал оказывать ему всяческое содействие. Если б не эмир – стал бы Энвер-бек носиться всю ночь по только что завоеванному городу, отданному на три дня в полную власть храбрецов-гулямов? — Вертай, вертай! – вдруг всполошился старик. – Проехали. Энвер-бек сделал знак рукой, и послушная ему конная лава остановилась, разворачивая коней. Они подъехали к ручью, в этом месте старик спешился, неумело, чуть было не вывалился из седла. Среди воинов пронеслась по устам насмешка. Бек строго взглянул на них – эта его сотня славилась своей выдержкой. Они даже не зарубили урусутского воеводу – Панфил-бека, а вот наместник, Евсей-оглан, сам подставился под шальную стрелу. Жаль, храбрый был воин. Если у них остались семьи – надо бы проследить, чтоб над ними не надругались. Хотя, похоже, уже поздно. Энвер-бек прислушался – где-то рядом весело гоготали гулямы. Бек улыбнулся – радость воина приятна и командиру, тем более гулямы заслужили все своим мужеством и отвагой. Немало их навсегда останутся в этой северной стране, с жарким только лишь летом солнцем и низким, затянутым белыми облаками небом. И эти урусы – они тоже храбрые воины. Очень храбрые. Ничего, эмир Тимур скоро покорит их, как когда-то их уже покорил Бату. Сербы тоже были храбрыми. И полегли на Косовом поле. Энвер-бек вспомнил вдруг, как вел в атаку несокрушимую конницу сипахов султана Мурада. Сердце радовалось, когда, словно снопы, валились к ним под ноги сербы. Радовалось сердце сипахов, радостно было на душе Энвер-бека, и казалось, ничто не омрачит эту радость. Однако новый султан Баязид почему-то невзлюбил Энвера. Почему-то? Энвер-бек усмехнулся. Мало ли у него был завистников, начиная от евнухов султанского гарема и кончая великим везиром. Донесли – якобы Энвер добивается любви от Юнус-хатенджи, самой красивой наложницы султана. Ну не все в этом доносе было не правдой, Юнус-хатенджи и в сам деле была мила. Но поднять руку на достояние султана Энвер никогда бы не посмел, что бы он там ни думал и что бы ни писали потом завистники. Но Баязид поверил им, а не Энверу. И топор палача коснулся бы его шеи, но Энвер-бек не стал дожидаться смерти. Бежал с помощью верных сипахов, перебив стражу. Долго скитался, прежде чем добрался в Мавераннагр, на службу эмиру Тимуру. И не прогадал. Получил и чин, и войско, и войны. Единственное омрачало теперь чело Энвер-бека – ненависть к Баязиду и желание мести. Увы, неисполнимое желание… Быть может – пока неисполнимое? Может быть, еще даст Аллах… |