Онлайн книга «Отряд: Разбойный приказ. Грамота самозванца. Московский упырь»
|
— Верзила с рыжеватой бородкой? — задумчиво переспросил Иван. — Кажется, видел где-то. Да-да, определенно видел… Только вот не помню где. А зачем вам он? — Он неплохо бьется, — с улыбкой поведал художник. — А я, знаете ли, занимаюсь иногда устройством боев. Нет-нет, все по-честному, этот парень смог бы заработать неплохие деньги. Если увидите, передайте ему, хорошо? Пусть заглянет… гм… ну, хотя бы в эту закусочную, я здесь бываю почти каждый вечер. Так передадите? — Если увидим — обязательно, — клятвенно заверил Иван, наступив под столом Митьке на ногу. Вообще-то тот самый «рыжебородый верзила», о котором столь навязчиво расспрашивал художник, должен был вот-вот прийти. Художник… Возможно, он и в самом деле устраивал кулачные бои. А возможно — и нет. Шпик?! Очень может быть. А может, и нет. Но лучше уж принять меры. — Ой, — сжался вдруг Митька. — Пойду отолью — уж больно приспичило. Он тут же ускакал, держась за живот, а Ивану пришлось извиняться: — Увы, мой младший приятель еще недостаточно воспитан. — Ничего-ничего, — благодушно хохотнул Дюпре. Но взгляд его — Иван это хорошо заметил — вдруг на миг вильнул в сторону уходившего Митрия. С чего бы художнику так интересоваться отроком? Или он тайный содомит? Иван украдкой осмотрел закусочную. За крайним столом собралась компания зеленщиков или мелких торговцев, где бурно обсуждались цены на овощи и сыр, рядом, за средним столиком, сидели какие-то старики, у стены — еще трое мужчин, которых уж никак нельзя было принять за студентов — явно возраст не тот. Значит, если это шпик, ищут среди студентов. Уже ищут. Рене признался под пытками? Но почему тогда спрашивают только Прохора? А потому что он самый заметный — эх, как махал кулачищами, слепой заметит! Вот и приметили. Значит, это не Рене, просто случай. Если этот Дюпре и в самом деле — соглядатай… Радостный, за стол уселся Митька. Улыбнулся довольно: — Фу-у, думал — лопну! Теперь можно и вина попить, а, месье художник? Вы какими красками пишете, масляными или, может быть, киноварью? — Давайте-ка лучше выпьем. Вы мне очень понравились, парни! Ага! Не ответил на вопрос о красках. Никакой это не художник — шпик! Интересно, Митрий предупредил Прохора? Судя по довольной физиономии — предупредил. Теперь бы и самим уходить, только как избавиться от соглядатая? — Значит, вы каждый вечер здесь? — поднимая бокал, уточнил Иван. — Да-да, пусть этот рыжий парень приходит. Он не пожалеет, клянусь Пресвятой Девой! Да и вам, — художник неожиданно подмигнул, — кое-что перепадет! — Да, — алчно улыбнулся Митрий. — Десяток-другой су нам бы не помешали! — Су?! — насмешливо ухмыльнулся Дюпре. — Речь идет о ливрах, мои юные господа! — О ливрах?! Ну надо же! — Да-да! Кулачные бои — очень выгодное дело, знаете ли. И за хорошего бойца не жалко никаких сумм. — Ну и повезло же нам, а, Жан?! — Митька хищно потер руки. — Вот уж не знаешь, где найдешь, а где потеряешь. Обязательно отыщем вашего рыжего, месье художник. Отыщем, чего бы нам это ни стоило. Только сразу предупреждаю — не забудьте об обещанных ливрах! — Да-да, не забудьте, — озабоченно поддакнул Иван. — А то, знаете, есть такие, что поначалу обещают, а как доходит дело до расплаты… — О, не беспокойтесь, я не из таких! — Художник горделиво выпятил грудь. — Если уж сказал — заплачу, так заплачу, можете не сомневаться! Только приведите мне кулачника. |