Онлайн книга «Отряд: Разбойный приказ. Грамота самозванца. Московский упырь»
|
— Акулин ничего не передавал? — как бы между прочим осведомился купец. — Нет… А что, должен был? — Да нет. Просто так спросил — мало ли. Так разгружаем? — Грузите… Повернувшись, Акинфий Козинец быстро направился к своим: — Разворачивай… Возы быстро развернулись, вызвав недоумение Ивана, — с его точки зрения, так было не очень-то удобно их разгружать. Не торопясь, возы подъехали к амбару и непонятно как встали, полностью перегородив дорогу. Красные искорки тлеющих фитилей вытянулись за возами в единую линию… — Пали! — жестко скомандовал Паисий. Подпрыгнув, жахнула пушка, вздыбив впереди возов землю. Встали на дыбы, заржали, попятились кони. — Бей вражин! — с криками, с посвистом вылетели из засады монастырские люди. Ответом были выстрелы. Четкие, слаженные, они проделали в рядах нападавших изрядную брешь. — Не давайте перезарядить! — хватая палаш, бросился в схватку Иван. И снова залп — на этот раз стреляли свои пищальники. Трое вражин повалилась в траву, остальные ответили выстрелами. Зарядить пищаль — долгое, непростое дело, а потому схватка скатилась к рукопашной. — Врассыпную, — размахивая саблей, деловито командовал отец Паисий. — Двумя шеренгами наступать. Окружаем! Главное — не дать уйти. Командовал старец на редкость умело: часть бойцов уже ввязалась в бой, остальные быстро пошли в окружение. Выскочив, набросились с тыла и флангов: — Бей лиходеев! С нами Заступница Тихвинская! С палашом в руках Иванко взобрался на воз, ударом ноги отпихнул сунувшегося было туда же вражину, спрыгнул, одновременно нанося удар, — выронив бердыш, подвернувшийся под руку московит со стоном повалился в траву. Ага! Со всех сторон звенели клинки, слышались надсадные хрипы, стоны и ругань. На юношу накинулись сразу двое — один с саблей, другой с бердышом. Пусть, пусть… Иван спокойно смотрел словно бы сквозь врагов, четко фиксируя любое движение… пусть мешают друг другу. Однако радовался парень рано — вражины как раз действовали на редкость слаженно: если один наносил удар, другой чуть отступал, давая соратнику простор для маневра. Опа! Иван со звоном отбил вражескую саблю и едва увернулся от просвистевшего над головой бердыша. Присел, бросился вперед, вытянув руку… Ага, похоже, задел! — Ах ты, шпынь, — выругался тот, что с саблей. — Ништо-о… Ловко перекинув саблю в левую руку, он снова ринулся в нападение, поддержанный своим хмурым товарищем с бердышом. Хэк! Хэк! Иван чувствовал, что пусть немного, но устает, теряет взятый напор, а вот враги, наоборот, словно бы становились сильнее. Юноша не видел, что творилось вокруг, для него были важны эти двое. Хэк! Хэк! — с довольной ухмылкой орудовал бердышом вражина, пока его сотоварищ с саблей набирался сил, чтобы внезапным выпадом достать Ивана. Достал уже пару раз, раскровянил кожу, так, неглубоко, царапинами. Но если б Иванко не увернулся, могло быть и хуже! Вот снова атака! И смеющаяся бородатая рожа! Звон и скрежет встретившихся клинков. И противный хруст… И обломок палаша — некачественной оказалась сталь. Иван отскочил в сторону, подпрыгнув, рыбкой влетел в кусты. Те двое, не отставая, бросились следом… Ух! — просвистело над кустом что-то тяжелое… Оглобля? Да нет, похоже, бревно! Нападавшие отлетели в сторону, словно надоедливые мухи. |