Онлайн книга «Не властью единой»
|
— Да тут почти все нездешние. У нас же гостевой дом! — И все ж таки… Опросили всех слуг, даже отроков малых, что во дворе подвизались – принеси-подай – и тех. Вот кто-то из них и вспомнил… — Так да – дядько Колос покойный с кем-то про крышу говорил. Пальцем на нее показывал… — А с кем, с кем говорил-то? — Да не упомню… тут много народу ошивалось… — Может, это лях был? — Не-а, не лях. И не варяг – из наших, правда – чужой. Верно, гость торговый. — С чего ты взял – одет богато? — Да не богато… но и не бедно. — А! Толстенный такой, высоченный бугаюшко! — Вовсе нет! Обычный… — Бородища черная до пупа? Шрам во всю щеку? Парнишка задумался: — Не, ничего такого не было… Ой… — Ну-ка, ну-ка! — Не то чтобы шрам, но… вот здесь, на щеке, – отрок показал пальцем, – вроде бы как замазано. Ну, румяна с белилами, так, чуть-чуть… Ликом смугл – видно. — Та-ак… – Миша тут же насторожился и продолжил опрос – «от противного». – Молодой такой парень… — Не-е! Старый. Лет сорок уже… «Он или не он? А? Что скажете, сэр Майкл? По приметам, вроде бы – Странник. Но шрамик-то у него совсем небольшой, почти незаметный… Зачем замазал – только внимание привлек. Перестраховался? Именно так… Глупость сделал – бывает, это и с умными людьми иногда случается, тупят. И чаще, чем многим кажется. Можно все предусмотреть и попасться на какой-нибудь обидной мелочи… Впрочем, что пока гадать? Бедолагу Колоса и старший сын бы мог… а что? Лицо заинтересованное. Ну, или конкуренты-завистники. Так что Странник ли это – бабушка надвое сказала. Да, по приметам все сходится, но… Вот если еще кого-то из списка найдут мертвым… Вот тогда – да. Вот тогда другое дело. Надо проверять, и чем скорее, тем лучше». Уже на следующий день, с утра пораньше, Михайла, прихватив с собой Ермила и Вельку, отправился в церковь Петра и Павла, что располагалась у южных ворот, выходивших на главный – Пинский – шлях. То, что, несмотря на ранний час, у церкви оказалось весьма многолюдно, сотника ничуть не смутило – в ту эпоху почти все поднимались рано, ложились же на закате. Тем более в годе нынче было много приезжих – окрестные крестьяне, купцы, артельщики. Осень – шумела ярмарка! Да и с заутрени народ шел… Другое насторожило – толпа-то на паперти собралась какая-то не благостная, как должно бы быть после молитвы. Отнюдь! Все кругом казались какими-то нервными, что-то выкрикивали, шумели, а пара черниц тихонько запричитали: — Ох, Здеборушка… Иоане, брате… На кого ж ты нас поки-инул… — А ну-ка, парни, посмотрим… – от нехорошего предчувствия у Миши сжалось сердце. Неужто опоздали? Неужели ж… — Что там? Что там такое-то? — Дьякон с колокольни упал. Насмерть! — Свят, свят, свят! Экое худое дело… А почто дьякон на колокольню полез? Он что – звонарь, что ли? — Так то-то и оно, – мужичок лет сорока, с реденькой бороденкой, одет был нехудо, хоть и не особо богато. Верно – мелкий торговец или артельный староста. — Звонарь-то наш, Онфиме, прости Господи, напился вчерась пьяным-пьяно… – поправив на голове круглую суконную шапку, мужичок с осуждением покачал головой. – Редко, да с ним такое бывает. Вот и на этот раз… Пришлось брату Иоанну, дьякону, на колокольню лезть. Он вообще-то звонить любит, не хуже Онфима. Как заведет благовест, любо-дорого послушать – душа радуется. Ну, да теперь не послушаем ужо… Ох, Господи-и Иисусе, прими душу безгрешную… |