Книга Орда (Тетралогия), страница 440 – Андрей Посняков

Лян захрипел, толстые щёки его ещё больше налились кровью, пылая огненным пурпуром в первых лучах восхода. Однако бандит и не думал сдаваться, хотя княжеская хватка была крепка и не хватало воздуха даже для крика или стона. Однако хватило «для того, чтобы нанести удар — быстрый удар ладонями по ушам.

Удар достиг цели. На миг испытав болевой шок, Баурджин непроизвольно выпустил шею врага. А тот, закрепляя удачу, двинул нойона коленом в подбородок.

Ох, и этот удар неплох! Прямо искры из глаз! Жаль, не дотянуться до сабли — далековато. Впрочем, может, наконец хватит изображать мальчика для битья — персонажа дешёвой балаганной пьесы? Баурджин почувствовал, как всё существо его наполняется злобой, и это в данный момент было правильно. Правда, надо её вовремя подавить, чтобы никакие эмоции не отвлекали от схватки.

Получив очередной удар, князь упал и, схватившись за живот, громко застонал, чем вызвал дикий хохот врага. Тот снова занёс ногу для удара... Князь, словно юркая веретеница, живо перекатился на спину и, ловко перехватив ногу разбойника, резко дёрнул на себя. Не удержав равновесия, Лян растянулся на земле рядом, но, надо отдать ему должное, тут же вскочил на ноги, ругаясь и шипя, словно рассерженная змея.

Если противник остановился — заставь его двигаться! Именно так говорила Лэй, а уж эта девчонка зря не бросалась словами. Пусть начнёт движение, пусть выдаст свой замысел. Ну же! Баурджин держал руки перед собой, как Лэй, локти чуть согнуты, ладони — вперёд, локоть правой руки прикрывает сердце. Он! Шаг вперёд — и неуловимое движение (князь всё же не зря тренировался под присмотром прекрасной наставницы), — и теперь сердце прикрывала уже левая рука. Ага! Противник начал смещаться влево — зачем? Там стена... глухая стена — Баурджин хорошо видел её краем глаза, сам же смотрел как бы сквозь противника и даже издевательски зевнул! И увидел, какое бешенство вспыхнуло во взоре врага! Злись, злись... А к стенке он, скорее всего, сейчас и метнётся, оттолкнётся ногами, прыгнет, словно с трамплина, и — ногами же — нанесёт смертельный удар... Ну, давай, прыгай!

Лиходей бросился к стенке... Только вот совершить эффектный прыжок князь ему не дал — первым нанёс удар, хороший такой, незаметный глазу. Как говорила Лэй — «хороший удар нельзя заметить, руку не должно быть видно».

Руки не было видно... было видно другое — как, согнувшись, отскочил в сторону Лян.

Естественно, Баурджин не стал дожидаться, пока тот придёт в себя, и нанёс ещё несколько ударов ногами, после чего, нагнувшись, подхватил саблю.

Нет, всё-таки оружие есть оружие, как бы не были сильны натренированные руки и ноги! Ощутив в руке тяжёлый клинок, нойон сразу почувствовал себя намного увереннее, и эта его уверенность подействовала и на врага. Злобный взгляд разбойника неожиданно вильнул, правая рука нырнула за отворот халата...

Баурджин лишь чуть шевельнул саблей, без особого труда отбив летящий в него предмет — серебристую шипастую звёздочку. Как-то недовольно звякнув, звёздочка с такой же силой полетела в обратную сторону. Лян вдруг дёрнулся, схватился за левую часть груди. По его светлому халату быстро расплывалось бурое пятно... Оскалив зубы, лиходей зашатался и, оперевшись рукой на ограду, медленно сполз наземь. И вытянулся... И замер.