Книга Земский докторъ. Том 6. Тени зимы, страница 72 – Андрей Посняков, Тим Волков

— Да уж, не «Англетер», — хмыкнув, Красников отогнал столпившуюся у дверей прислугу. — Сейчас дадите показания! Товарищ Лаврентьев, займитесь. А ты, Прохор, осмотри двор да поговори со сторожем.

— Есть! — кивнув, Деньков исчез в коридоре.

Туда же ушел и Лаврентьев, громкий голос его разбудил всех постояльцев, как постоянных, так и временных, приезжих.

— Ну? Что скажет доктор?

— Асфиксия, — Иван Палыч оторвался от трупа. — Удушение. Судя по всему, подушкой и задушили. Хотели во сне, да не получилось. Убитый проснулся, и какое-то время пытался сопротивляться… Правда, недолго.

— Хм… — взяв подушку, Красников внимательно осмотрел ее, даже зачем-то понюхал. — Ого! Кажется, женскими духами пахнет. Иван Палыч, понюхай-ка!

— Хм… точно — духи, — шмыгнув носом, согласно кивнул доктор. — Хоть и не сильный аромат, но — да, чувствуется.

Красников задумчиво погрыз ноготь:

— Что же его, женщина, что ли? Эх, Сашка, Сашка…

— Женщина? Вряд ли, — покачал головой врач. — Разве что очень сильная. Ефремов парнем был не слабым. Хоть и после операции, а все же… Нет, вряд ли женщина… Скорей, здоровенный такой бугай! Обрати внимание, Ефремов не ножом зарезан, а задушен подушкой. Что мешало просто ножом пырнуть?

— Действительно — что? — Виктор уселся на колченогий стул и вдруг всплеснул руками. — Кровь! Крови он побоялся, вот что. Ножом аккуратно пырнуть, это, брат, не каждый сумеет! Кровь может на руках, на одежде остаться. А вдруг кто заметит? Тут же тебе не квартира — гостинца, трактир. Народу хватает. Та-ак…

Вытащив из кармана часы, Красников почесал затылок:

— Та-ак… Сейчас ровно два часа ночи. Где-то около часа сосед Ефремова обнаружил труп, и сразу сообщил красногвардейцам…

— А что сосед-то так припозднился? — как бы между прочим, уточнил доктор.

Иван Палыч, конечно, не имел права вмешиваться в расследование или что-то там уточнять, но он все же чувствовал, что это дело касается многих, в том числе — и его самого, и его молодой супруги. А поэтому — хотел быть в курсе!

К тому же, расследование сразу же взял в свои руки начальник милиции, что и понятно — все-таки убит милиционер, отыскать убийцу — или убийц — дело чести. Дело уголовное, вовсе не политическое — представителя уездной Чрезвычайной Комиссии — Гробовского — даже не пригасили. Да, в общем-то, и не должны были. Хотя, учитывая специфический опыт Алексея Николаевича, Красников бы мог и… Но, не захотел.

Да, за все прошедшее время начальник милиции уже набрался кое-какого опыта, но вес же, наверное, от квалифицированной помощи отказался зря. Впрочем, ему виднее, все же — начальник. Да и Гробовского он сам же и спихнул ЧК, предложил кандидатуру.

И, тем не менее…

Иван Палыч решил как можно больше здесь уточнить, чтобы потом можно было о чем-то поговорить со старой сыскной ищейкой, что-то ему сообщить, посоветоваться.

— Сосед? Так он внизу, в обеденной зале, в карты заигрался. Компания, хорошая, говорит, собралась. Как раз сейчас его Лаврентьев допрашивает, под протокол.

Красников помассировал виски и икоса взглянул на доктора:

— Спасибо тебе, Иван Палыч! Извини, что в такой час отвлекли. Заключение о смерти потом передашь с оказией.

— Так я и сейчас могу написать, — с готовностью предложил доктор. — Только чернила да бумагу бы.