Онлайн книга «Властелин Руси»
|
Алуша у печки заворочалась, застонала и вдруг вскочила с ложа — растрепанная, в широкой мужской рубахе — и, закрыв руками лицо, застонала. — Что такое? — встрепенулся ярл. — Аль приснилось чего? — Мне страшно, княже… — прошептала девушка. — Чу! Скребет кто-то по крыше когтистой лапой! Не посланец ли обманутых нами богов? Пробежав босиком по полу, девчонка, дрожа, уселась на лавку ярла. Хельги ласково погладил ее по спине: — Ну, не дрожи, что ты… Я ж с тобою, верно? — Так-то оно так, — тихо отозвалась Алуша. — Да все равно страшно. — Она испуганно покосилась на дверь. — Кажется, будто там стоит кто-то… — Кто же там может стоять? — рассмеялся ярл. Встав, отодвинул засов, выглянул наружу. — Нету тут никого! Хочешь, сама посмотри? Девушка подбежала к двери, выглянула: — И в самом деле, нет… Давай вожжем светильник? Клацнуло огниво. Разгоняя темноту, вспыхнуло желтое дрожащее пламя. Алуша уселась на лавку, подтянув к подбородку колени: — Не прогоняй меня, ладно? — Сиди, что ж… Хельги отвернулся, чувствуя, как девушка улеглась рядом. — Погладь меня, — тихо попросила она. Ярл провел ладонью по ее стриженным в кружок волосам. — Не так, — прошептал дева. — Подожди… Она поднялась и, встав на колени, резким движением скинула через голову рубаху. В желтом пламени светильника вспыхнуло обнаженное тело. Погладив себя по бокам, Алуша несмело улыбнулась и бросилась на грудь ярлу. — Ты ведь не прогонишь меня сейчас, правда? Взяв руку Хельги, девушка осторожно провела ею по своему животу, по маленькой груди с затвердевшими коричневыми сосками… — Будь моим в эту ночь, князь, — попросила она. — Поверь, мне не нужно ничего больше… В очаге догорали дровишки, а сидевший за столом Онгуз облизывал жирные пальцы: — Ну, как, Микул? Хорош зайчик? — Куда как хорош, — дожевывая, улыбнулся Микул. — Уваристый! Здорово, что тебе повезло сегодня. Не каждый день дичинку едим. — Да уж, не каждый, — вытирая рукавом глаза, мелко засмеялся Онгуз; стекая по редкой бороденке его, капал на стол жир. Подобрав жирные пятна краюшкой, воеводский слуга с хитрецой взглянул на приятеля: — А что, Микул, ты ведь здесь всех молодых парней знаешь? — Как и ты, — Микул пожал плечами. — Зачем спрашиваешь? — Так, — отмахнулся Онгуз. — Не знаешь, кто из них варяжскому князю прислуживает? Помнится, в их дружине младых отроков не было, — И я не видел. — Значит, из наших кто-то. — И что тебе до него? — Думаю, не мой ли должничок это, Немил? С Покрова резану должен, а никак его не встретить. — Тю, Немил, говоришь? — рассмеялся Микул. — Да Немил вторую седмицу уже, как в Новгород подался, к родичам. Надоело, сказал, тут, в служках. Он давно уйти собирался. — То и я слыхал, — покивал головой Онгуз, не далее как сегодня днем лично видевший Немила на новгородском торге. — Одначе всяко может быть. Говорят, он-то варяжскому гостю и служит! Вот бы узнать — так или нет? Микул пожал плечами: — Пойди да узнай — делов-то! — Э, не скажи, парень! — Онгуз важно поднял вверх лоснящийся от жира палец. — Он ведь меня испугаться может. Возьмет да сбежит — как я тогда его сыщу? — Вообще-то, верно, — почесав кудлатую голову, согласился Микул. — Знатная у тебя брага, Онгузе! Сразу видно — воеводская, я уж так опьянел, как… как… как не знаю кто. |