Книга Черный престол, страница 43 – Андрей Посняков

— Дирмунд! — узнав, прошептал Хельгй.

— А рядом с ним — Лейв, — показал Снорри. — Эх, сбить бы стрелой эту Копытную Лужу.

— Пока не время.

Прогрохотав по небольшому мостику через узкий ручей, кавалькада скрылась за частоколом острога. Слышно было, как заскрипели засовы в воротах.

— Будем брать? — азартно потер руки Снорри.

— Нет, — сказал ярл. — Их слишком много. Устроим засаду, возьмем языка. И может быть, удастся сразиться с князем.

— Ты хотел сказать, с Дирмундом Заикой?

— С ним.

Кивнув, ярл снова укрылся в овраге — по дороге к острогу на взмыленном коне скакал одинокий всадник. Лупоглазый, словно бы прилизанный, с бородавкой на левой щеке.

— Где-тось я видал его в Киеве, — всмотревшись, произнес Порубор. А Снорри предложил:

— Захватим?

Хельги хотел уж было согласиться — и в самом деле, добыча сама шла в руки. Снорри раскрутил аркан… В этот момент заскрипели ворота, и целый отряд вылетел навстречу всаднику.

— Давно ждем тебя, Ильман! — закричал, гарцуя на коне возле ворот, Истома Мозгляк. — Новых отроков скоро ли привезешь?

— Скоро. — Ильман Карась спешился за воротами, бросил поводья подбежавшему Грюму, обернулся к Истоме: — Харинтий Гусь, людокрад известный, к старому капищу не сегодня завтра должен двоих привезти. Потом еще нескольких.

— Побыстрей бы. — Истома Мозгляк усмехнулся. — А то князь-батюшка гневаться изволит. Маловато, говорит, людишек в дружине, тебя вот недобрым словом поминал.

— А вы б еще больше их живота лишали, отроков-то, — ощерился Ильман Карась. — Так никаких людишек не напасешься!

— А то уж не твое дело, Ильман. — Рассмеявшись, Истома спешился, взял гостя под руку и повел к крайней избе: — Хватит тебе ругаться, лучше откушай с дороги да кваску испей. Только не кричи так громко — аж на весь лес, — князь-батюшка почивать после обеда лег, утомился. На ночь-то игрища воинские назначены. То-то потешимся!

Пройдя через двор, Истома с Ильманом Карасем скрылись в избе.

Хельги-ярл обернулся к своим:

— Слыхали?

— Да уж.

— Ночью разделимся, — сказал ярл. — Как только начнутся эти их игрища, я и Снорри проникнем в острог, а ты, Конхобар, вместе с Никифором и Порубором захватите кого-нибудь в суматохе. Только без шума.

Ирландец молча пожал плечами. Когда это он тут «шумел»?

— А я того лупоглазого признал, — вдруг подал голос проводник. — Это Ильман Карась, живоглот известный. Ну и людишки тут собрались, тьфу! — Отрок презрительно сплюнул, затем обернулся к Хельги: — А если засаду устраивать, так лучше, чем на краю болота, места нет. Я-то там почти каждую тропку знаю, а ежели кто чужой полезет, обязательно в трясину забредет.

— И далеко ль до болота? — поинтересовался ярл.

— Да не так и далеко, только неудобно. Дороги нормальной нет, одни гати. Лучше б сейчас отправиться, покуда дойдем, как раз стемнеет.

— А Никифор? — вспомнил ярл.

— Да справимся мы и без него, — со всей серьезностью заверил Ирландец. — Идем, парень.

Напутствуемые товарищами, Порубор с Ирландцем ужами скользнули из оврага наверх и скрылись в лесной чаще. Хельги-ярл и Снорри обратились в недвижных идолов и так, замерев, ждали наступления темноты. Где-то совсем рядом журчал ручей, а за ним, на поляне, токовал тетерев. Викинги даже вздремнули по очереди — сначала Снорри, затем, уже ближе к вечеру, сомкнул глаза и ярл.