Онлайн книга «Ватага. Атаман»
|
Впрочем, Яндыз и не выпендривался, держался просто и явно был себе на уме. — Значит, ответа нет, – указав рукой на скамью, Егор уселся за стол, налил из кувшина вина в два серебряных кубка, прищурился: — А дороги ведь вот-вот встанут. Чингизид снова попытался покрутить ус, да махнул рукой: — Думаю, эмир от лица Булата пошлет к Витовту новых людей. И очень скоро. — Вот-вот, – Вожников встрепенулся, пристально посмотрев в умные карие глаза собеседника. – Когда пошлет? Кого? Мы должны это знать. — Должны, – Яндыз кивнул, задумчиво посмотрев на кубок. – И больше скажу – посланцы не должны выехать из Сарая! Хорошо сказал, правильно. Именно так рассуждал и сам заозерский князь – мало ли чего еще пообещает Витовту эмир? Вдруг да литовский князь и прельстится да вместо Джелал-ад-Дина станет помогать Булату? — Н-никогда! – видимо, подумав о том же, царевич гневно хватанул кулаком по столу. — Александр Македонский, конечно, герой, – не выдержав, хохотнул Егор. – Но зачем же стулья ломать? — Искендер? – Яндыз недоуменно похлопал глазами. – При чем тут Искендер? Витовт, конечно, великий правитель, но с Двурогим не сравнить же! — А мы не будем сравнивать, – улыбнулся Вожников. – Мы действовать будем. Твой человек как? Сможет все разузнать вовремя? — Сможет, – уверенно отозвался царевич. – Булат когда-то отобрал у него красавицу жену. — И после этого допустил к себе? – опустив бокал, князь искренне удивился. — Он маленький человек, – неожиданно расхохотался Яндыз. – Не мурза, не вельможа, не бек… Кому они нужны – маленькие люди? Кто их всерьез опасается? Конечно, никто. Да никто моего человека и не проверял, а мозольщик он знатный. — Кто-кто? — Моет хану ноги, мозоли срезает, ногти стрижет. — Понятно, – Егор качнул головой. – Галантерейщик и кардинал – это сила! Хорошо, славный Яндыз – еще немного подождем известий от твоего человека. И если посольства к Витовту не последует… — Они не выедут из Сарая, – сверкнув глазами, еще раз заверил молодой чингизид. Хан Пулат-Темюр – Булат, – распахнув красно-желтый бухарский халат, сидел в низеньком креслице, опустив ноги в серебряный таз с горячей водою, и, блаженно прищурив глаза, внимал рассказчице – слепой старухе Гаиде-ханум, вдохновенно повествующей о подвигах славного Чингисхана. — И повелел господин убить всех своих врагов, – струился тихий скрипучий голос. – Одного убили на охоте, второму отрубили голову, третьему сломали спину и бросили собакам. — Вах-вах, – покачал головою Булат. – Собакам! Вот так всем им и надо, врагам! Ах, как бы я хотел вот так сломать спину Джелалу! Что ты притихла? Говори, старая Гаиде, сказывай дальше! Старуха продолжила свою песнь, и хан все так же внимал в полудреме, то проваливаясь в сон, то вновь поднимая голову. Желтокожий, с круглым лицом и светлыми, чуть скошенными, глазами, Булат не был красавцем, однако считал себя самым сильным мужчиной в Орде – а как же, у кого ж еще имелся такой вот гарем?! Даже у эмира Едигея, и у того… впрочем, эмир уже стар, и власть его становится все слабее, что, с одной стороны – плохо, потому что эмир всегда поддерживал Булата, а с другой – хорошо: зачем поводырь зрячему человеку? Может, пришло время и совсем избавиться от него? Нет, рано – слишком много кругом врагов. Вот бы договориться с Витовтом, и… Или лучше принять помощь Москвы? Но московиты всегда помогали Тохтамышу! Так и Витовт помогал Тохтамышу! Ах… |