Книга Голос Кьертании, страница 76 – Яна Летт

Слуга остался у входа, и в беседку я вошла одна. Биркер приветливо улыбнулся мне, махнул здоровой рукой.

— Вот и ты, добрая девушка из Ильмора. – Он внимательно взглянул мне в лицо, хмыкнул и позвонил в маленький колокольчик из желтоватой кости. Звон показался мне странно глухим, как будто даже язычок в здешней атмосфере двигался медленнее, чем положено. – Сейчас подадут завтрак. У тебя бледный вид. Переволновалась?

Я промолчала – признавать очевидное не хотелось, лгать не имело смысла.

— А как твоё здоровье?

— Благодарю. – Очевидно, отвечая, Биркер Химмельн руководствовался соображениями, схожими с моими. – Присядь, Сорта. Сегодня я не предложу тебе сыграть в тавлы.

Нелепо, но я ощутила лёгкий укол разочарования. Биркер был сильным, непредсказуемым противником. В прошлый раз, когда на кону стояла жизнь Эрика, мне было не до удовольствия от игры – но теперь…

— Жаль.

— Не сомневаюсь. Но, увы, нет времени – твой хозяин закончит говорить с моим отцом и тебя могут хватиться…

— Он мне не…

— Да, да… – Биркер вяло махнул рукой, и в этот момент в беседку вкатили столик под белой скатертью. На нём тесно стояли блюда с кусками окорока и свежими лепёшками, фруктами, яблочными крудлями, резаными варёными яйцами, пересыпанными зеленью и сладким перцем, кофейник, чашки и кувшинчик со сливками. Желудок свело.

— Пожалуйста, не стесняйся. На препараторах стоит Кьертания – мне не пристало жадничать…

Не дожидаясь, пока он договорит, я налила себе кофе, щедро плеснула в чашку сливок и принялась накладывать на тарелку яйца, окорок, зелень и лепёшки. Биркер наблюдал за мной с явным удовольствием.

— Есть особое очарование в девушках с окраины, – заметил он. – Когда поднимешься высоко, Сорта, смотри, не позволь никому убедить тебя в обратном.

— Ни в коем случае.

— Вот и славно. Сорта, Сорта… Как ты могла догадаться, я хотел порасспросить тебя об Эрике Строме.

— Как ты мог догадаться, я немногим смогу поделиться, – пробормотала я, вгрызаясь в окорок. – Я благодарна за твою помощь. Тогда я была в отчаянии. Ты знаешь, что мог поставить условия и мне пришлось бы их принять. Но ты этого не сделал.

— Справедливо. Я ведь и не требую ответов – так, хочу поболтать по-дружески. Не отвечай, если не хочешь.

— «Мудрому молчание скажет не меньше цветистых речей».

— «…Много больше цветистых речей». Во всяком случае, именно так было в переводе Гельстона. Мне вот любопытно, Сорта, у Эрика Строма такая богатая библиотека или это в Ильморе ты стала столь начитанной?

Я замерла, сделав вид, что прикидываю варианты.

— Думаю, на этот вопрос я не могу ответить.

Он рассмеялся.

— Неплохое начало… Сорта, твой ястреб стал играть неосторожно.

Я молчала, но, видимо, что-то такое промелькнуло в моём лице, что Биркер заговорил мягче.

— Бояться не нужно. Сегодня всё будет гладко.

— Да? – переспросила я быстро и тут же мысленно прокляла себя за эту поспешность.

Биркер рассмеялся.

— Да. Если бы дело зависело от моей прелестной мачехи, Стром отправился бы назад в Каделу, и на этот раз ни я, ни дьяволы, ни кто другой не сумел бы его вытащить. Но разговор ведёт мой отец… И если бы он не был так мягок, если бы не старался избегать обострения ситуации с препараторами, ему следовало бы поступить точно так же.