Онлайн книга «Голос Кьертании»
|
— А ты?.. — Препаратор, который должен был их для тебя смешать. — До сих пор не верю, что это сработало, – пробормотала Ведела. Судя по недовольному лицу, к ней постепенно возвращалось присутствие духа. — Это не сработало бы, если бы стражам не приказали не допустить паники среди свиты. Или если бы до того пресветлая уже не просила у служанки лекарства. Или если бы мы выглядели менее безобидными, – сказала Адела, протягивая револьвер Унельму. – Вот. Ты, наверное, стреляешь лучше меня… если ещё понадобится… Но сделать тот выстрел мне хотелось самой. — Маттерсон, – пробормотала Омилия. – Всё ещё в этой комнате… Ты использовал то же, что и Лио тогда, так? Унельм кивнул: — Да. Лио дал мне крик-ток. Я рассказал Аделе о нём и о револьвере, ну и… мы придумали решение. — Не знаю, к чему эта скромность, – заметила Адела. – Эта часть плана – целиком и полностью авторства Унельма. Мне бы не пришло в голову что-то настолько рискованное. — Я надеялся, что, если он не захочет ловить пулю для правдоподобия, состояние его тела на мгновение станет похоже на состояние газа. Тогда это должно было сработать так же, как там, в порту. Лио сказал, что газ останется висеть в воздухе пару недель, так? — Вряд ли у нас есть столько времени. – Адела покачала головой. – Императрица и её люди разбираются в магии куда лучше нашего. Рано или поздно они поймут, что Маттерсон здесь, и найдут способ освободить его – особенно если императрица знает о его природе не меньше, чем мы. Унельм кивнул: — Верно. В любом случае надо торопиться. Стражи ждут у входа в галерею. Если вылезем из окна сразу за поворотом, у нас все шансы добраться до лабиринта – там сейчас никого. А потом через лабиринт – к восточной стене. Там есть место… мы уже выбирались через него раньше. — Думаешь, этот Лио, про которого ты говорил, поможет? – спросила Адела, и Ульм кивнул: — Уверен. Если что, заплатим ему, когда выберемся. Что-нибудь придумаем. — Постойте-ка! – Ведела, подобравшая свой узел, нахмурилась. – Вы хотите, чтобы мы из дворца бежали? С госпожой? А дальше-то что? А остальные-то как? — У нас нет времени, Ведела. – Будто издалека Омилия услышала наконец собственный голос. – Ты видела то же, что и все мы. Мы уходим немедленно. Остальным ничего не сделают – это всё ещё дипломатическая миссия. Она очень на это надеялась. Один за другим они покинули комнату, в которой – невидимый, замерший в пространстве – оставался в ловушке Маттерсон. Унельм крепко держал её за руку, и больше всего на свете Омилии хотелось сказать ему: «Моя мать погибла, пока мы с тобой были вдвоём и так счастливы». Но она боялась, что тогда остатки мужества покинут её, а странный, но своевременный холод, сковавший сердце, отступит – и вернутся чувства, беспощадные и могучие, как Стужа, ворвавшаяся в ночи… Думать об этом было нельзя. — Всё будет отлично, Мил, – шепнул Унельм, крепче сжимая её руку. – Я об этом позабочусь. Не бойся. Если бы она всё ещё могла бояться. Благодарение Миру и Душе – видимо, они не сильно разозлились за нападение на мнимого служителя, – коридор за дверью всё ещё был пуст. Унельм почти тащил её за собой. Собственное тело казалось Омилии вялым и неповоротливым. «Даже если вам удастся уйти – что потом, дорогая дочь? От них не спрятаться. А бросая им вызов, становишься их врагом». |