Онлайн книга «Голос Кьертании»
|
«Контролировать тебя и без него будет нетрудно, дорогая дочь. Реши ты поведать миру правду – кто тебе поверит? На верхний трон сядет Биркер, а тебя объявят помешанной и упрячут подальше от посторонних глаз». Что будет, если и Маттерсон придёт к тому же выводу? Если устанет увещевать Аделу или решит, что Ведела услышала слишком много? Однако сама Адела не выглядела озабоченной собственной судьбой. В ней вдруг появилось что-то безбашенное, лёгкое – может быть, такой её видел загадочный Арне? — Вы зря тратите слова, – сказала она, покрепче перехватывая револьвер. – Ответьте. Доркер… мой брат. Вы хотели его гибели? — Ну что вы, – мягко, будто успокаивая умалишённую, ответил Маттерсон, – с чего мне или кому бы то ни было хотеть гибели вашего брата? Талантливого препаратора, блестящего молодого человека, потомка знатного рода… Револьвер дрогнул. — В этом и дело, так? Он зачем-то был нужен вам… Кровь Химмельнов, его усвоение… Вы что-то пытались сделать с его помощью. Там, в Стуже, так? Вы использовали его, но что-то пошло не так, и теперь его нет, а вы… Маттерсон перевёл взгляд на Омилию: — Пресветлая, полагаю, с нас обоих хватит. За сегодня вы и без того пережили слишком многое. Вам следует приказать… — Молчать! – взвизгнула Адела, и Омилия вздрогнула. Теперь она не знала, кого именно в этой комнате больше боится. Динна Ассели явно была близка к срыву – и не выглядела опытным стрелком. Может, Маттерсона пули и не возьмут. Но вот остальных… — Вы вынуждаете меня позвать стражу, – спокойно сказал Маттерсон, поднимаясь. Адела шагнула вперёд. Револьвер в её руках плясал, будто обретя беспокойную душу. — Он ведь не первый, да? Не удивлюсь, если даже смерть принца-ястреба – ваша работа. Ведь он уцелел и сел на трон только в пьесах и песнях, не так ли? Вы пытались снова и снова. И слишком поздно поняли, что ищете не там, верно? А Доркер… Мир и Душа, Доркер! Он стал просто ещё одной неудачной попыткой… Маттерсон бросился вперёд. Он выбил бы револьвер у Аделы из рук, но она скользнула в сторону – и выстрелила. А потом Маттерсон растаял в воздухе – и Унельм вдруг метнулся к нему. Он был хорошим фокусником – что-то маленькое, лиловое появилось в его руке будто из ниоткуда, и, замахнувшись, Ульм бросил это что-то туда, где ещё мгновение назад… «Он убьёт их, – отстранённо подумала Омилия. – Мы все увидели то, что не должны были, и теперь он убьёт их. А может, и меня». Всё случилось быстро – она ждала взрыва, безумия, нового кошмара… Но Маттерсон не появлялся. В воздухе пахло порохом. — Мил! Ты в порядке? – Унельм снова был рядом с ней, и омертвевшим телом она ощутила его объятия как прикосновение иного мира. — Да. Но где… Маттерсон просто исчез. — Я тоже видела! – Ведела уронила узел на пол и, кажется, не заметила этого. – Мир и Душа, сохраните от зла… Мир и Душа, Мир и Душа… – Никогда прежде Омилия не замечала за Веделой такой набожности. – Он вернётся? Куда он пропал? — Никуда. – Адела наконец опустила револьвер. – Он всё ещё в этой комнате. — А вот нам надо уходить, – сказал Унельм, обнимая Омилию. – В коридоре никого не было, но выстрел могли услышать. — Как вам удалось?.. — Это всё Адела. – Унельм смотрел на Ассели с таким восхищением, что в прежней, оставшейся в миллионе лет отсюда жизни Омилия, должно быть, ощутила бы укол ревности. – Потребовала у стражей вызвать Веделу, потому что тебе якобы пора принимать лекарства. Она как компаньонка обязана за этим проследить. |