Книга Призрак крепости Теней, страница 264 – T. C. Эйдж

— Не бойся, юный Дэвин, – сказал ему Манфри, – платформа не такая хрупкая, как кажется. А Солнце Соласа не такое увесистое. Оно выглядит большим, но внутри шар полый и не настолько тяжелый, чтобы нанести серьезный ущерб. Просто оцени его красоту. Во всем мире не так много столь великолепных сооружений.

— Но парочка все-таки есть, – проворчал Брэкстон в ответ, дергая за веревки. – Статуи на Перевале Тукора, например. Как по мне, они впечатляют посильнее, чем этот шар, лорд Манфри, и с куда большего расстояния.

Йоник подумал о том же. Эта сверкающая золотистая сфера выглядела любопытно, но он никогда не видел ничего, что могло бы сравниться по величию с двумя монолитами-близнецами, которые отмечали границу Тукора и Вандара. Илит вырезал их из цельного камня и с поразительной детализацией изобразил богов, в честь которых названы два королевства. Они стояли на расстоянии примерно в триста шагов и были обращены в противоположные стороны. Тукор, глядящий на юг, отмечал границу своего королевства. В одной руке он держал молот, в другой – клинок, а за спиной у него висел широкий ромбовидный щит. Вандар же глядел на север. В землю у его ног был воткнут огромный палаш, а за спиной развевался длинный плащ. На протяжении веков Огнерожденные всадники сотни раз пытались разрушить эти памятники, но сумели лишь закоптить камень драконьим огнем. Так несокрушимые исполины и продолжали стоять на страже Севера.

— Эти статуи – единственные в своем роде, это правда, – признал Манфри. – Полагаю, вы видели и статую Друлгара в Драконьем утесе? Пугающая, но поразительная вещь.

— Нет, не довелось, – ответил Брэкстон. – В мире много чудес, которые я хотел бы увидеть. Полагаю, это, – он кивнул на золотистый шар, – я теперь могу вычеркнуть из списка.

Солнце Соласа стало еще ярче и ослепительнее, когда «Несгибаемая Айрис» вошла в гавань, завершая вторую неделю их путешествия с Золотых островов, прошедшего вполне мирно, если не считать случая с драконом. Пару раз они замечали у побережья агаратские галеоны с красными парусами, но оказались достаточно быстры и проворны, чтобы обогнать их и избежать встречи. Кроме того, погода стояла хорошая, ветер был попутный, и никакие другие гигантские твари не сочли нужным потревожить их.

Команда продолжала убирать паруса, пока судно скользило по спокойным, ласковым водам. В гавани царила суета: одни корабли вставали на якорь, а другие, тесня друг друга, прокладывали себе путь в более глубокие воды. Большинство крупных судов держались в отдалении, хотя некоторые старались подобраться поближе к берегу. Две небольших каравеллы уже были совсем рядом, и матросы изо всех сил тянули за канаты, чтобы подвести корабли поближе к причалам. Еще пару судов тащили на буксирах, и, похоже, все шло по расписанию.

— Пока что лучше бросить якорь здесь, капитан, – крикнул Эмерик. – Какое-то время придется подождать.

Они так и сделали, и вскоре к ним под палящим послеполуденным солнцем подплыла небольшая лодка. На веслах сидел угрюмый портовый рабочий, а с ним – мужчина более официального вида, державший прикрепленный к доске лист пергамента и какой-то письменный прибор. Кожа этого человека казалась на несколько тонов темнее, чем у тех, кого они встречали на Золотых островах.