Книга Истинная роза северных варваров, страница 65 – Татьяна Бэк

— Твоя сила растёт, — заметил Хельги, глядя, как листья смыкаются над нашими головами, создавая почти герметичный кокон. В его светлых глазах, обычно холодных и оценивающих, сейчас светилось нечто новое — гордость за меня.

— Не моя, — поправила я, прижимаясь к его плечу, чувствуя, как под кожей перекатываются уставшие, но сильные мышцы. — Наша. Я одна здесь ничего не смогла бы сделать, лишь будучи единым целым, мы сильны.

Хеймдар, лежащий с другой стороны, притянул меня ближе, и его горячее дыхание коснулось моей макушки.

— Тогда мы будем этим целым.

На четвёртый день мы впервые увидели волков после той памятной ночи. Стая шла параллельным курсом, на почтительном расстоянии, но не скрываясь. Их серые, белые и чёрные шкуры идеально сливались со снегом и камнями, но жёлтые и зелёные глаза горели в сумерках, неотступно следя за нами. Они двигались бесшумно, даже тренированная медвежья чувствительность улавливала лишь едва слышный шелест лап по насту. Волки не приближались, не угрожали, просто сопровождали нас, как почётный караул… или как стража, ведущая пленников на суд.

— Сколько их? — спросила я у Хельги, чьё зрение было самым острым среди нас. Он всматривался в сумерки, шевеля губами, считая.

— Пятьдесят два. Может, пятьдесят пять. Вся стая, включая молодняк. И они не просто идут за нами, а охватывают полукругом, контролируют каждый возможный путь отступления.

Хеймдар сплюнул в снег — слюна замёрзла, не долетев до земли, разбившись на миллион ледяных кристаллов.

— Красивое сопровождение. Для смертников. Или для почётных гостей.

— Если бы они хотели нас убить, сделали бы это в первую же ночь, — возразил младший ярл, но в его голосе не было привычной уверенности. — Они могли напасть, когда мы спали. Могли устроить засаду в тундре, где нам негде укрыться. Но они этого не делают, значит, им нужно, чтобы мы дошли.

— Докуда? — спросила я, хотя ответ уже знала.

— До места, — коротко ответил Хеймдар.

На пятую ночь ветер стих. Это было настолько неожиданно, настолько неестественно, что мы проснулись одновременно от тишины, более оглушительной, чем любой вой. Я приподнялась на локтях, прислушиваясь. Ничего… Ни свиста, ни завывания, ни привычного шороха позёмки, только абсолютное, первозданное безмолвие.

Небо над нами очистилось от туч, и впервые за всё путешествие увидели звёзды. Они висели так низко, что казалось, до них можно дотянуться рукой — огромные, яркие, незнакомые, мерцающие холодным, синим, фиолетовым и даже алым светом. Они пульсировали, дышали, жили собственной, неведомой нам жизнью. И над горизонтом, прямо там, куда указывали нам волки, развернулось северное сияние.

Я видела его раньше, в своих северных краях, но это было нечто иное. Оно переливалось зелёным и розовым, струилось, как живая река, как ткань, которую раскинули невидимые руки. В его глубине мерцали образы: силуэты бегущих зверей, очертания гор, лица, слишком древние, чтобы быть человеческими. Это завораживало и пугало одновременно.

— Великая Стужа, — прошептал Хельги, глядя на это чудо. Его лицо в свете сияния казалось высеченным из камня. — Мы близко.

Когда силы уже были на исходе, а вера в то, что вообще куда-то идём, почти иссякла, мы увидели цель.

Сначала мне показалось, что это мираж: слишком странное, слишком невозможное зрелище для этих вымороженных пустошей. Но по тому, как замерли волки, как напряглись братья, я поняла — это оно.