Книга Измена. Доверие (не) вернуть, страница 60 – София Брайт

Обижаться на Тимура или уговаривать его на встречу я не собиралась. Поэтому просто сфотографировала тест и отправила мужу, дожидаясь реакции. И не прогадала. Меньше чем через минуту, увидела входящий звонок от Тимура.

— Даша, — звучал взволнованно его голос, — что это значит?

— Я сегодня была на приеме у невролога. Жаловалась на недомогание, и доктор предложил сделать тест. И я сделала… — слова лились неровно, сбивчиво.

Не знаю, почему я так поторопилась, но мне было важно разделить эти эмоции именно с ним. Не с сестрой или с кем-то другим, а с тем, с кем мы провели вместе столько лет, разделив и горе, и радость.

— Ты… беременна? — на выдохе спросил муж.

— Получается, так, — улыбаясь, я присела на лавочку во дворе.

— Правда? — услышала радость в его голосе. — Даш, у нас будет ребенок?

— Да, Тим. У нас будет ребенок, — почувствовала, как из глаз потекли слезы счастья.

До этого момента я сама не осознавала, как сильно хочу стать мамой. Думая о том, что внутри меня растет жизнь, внезапно ощутила такую легкость и радость, что все остальное стало неважно. И независимо от того, разведемся мы с Бакировым или нет, я не сомневалась: этот ребенок будет любим нами обоими.

— Спасибо, Дань, — его голос дрогнул. Спасибо, родная. Я люблю тебя и сделаю все, чтобы вы во мне не разочаровались.

— Тогда просто давай жить дальше, Тим. Нам теперь есть ради чего взять себя в руки.

— И я возьму, обещаю, — сказал муж и уже на следующий день стоял на пороге нашей квартиры с огромным букетом цветов.

— Даша! — окликнул меня мужской голос.

— Алексей! — улыбнулась я, оборачиваясь к мужчине, стоящему у автомобиля премиум класса. — Привет! — помахала ему рукой и приблизилась, смущаясь его пристального взгляда.

— Вау! — произнес он, не скрывая восхищения. — Тебе безумно идет сиреневый!

— Правда? — покрутилась перед ним так, что подол моего яркого платья, выглядывающего из-под кожаной куртки, начал развеваться. Прижала непослушную ткань к ногам, рассмеявшись. — Захотелось ярких красок, — смотрела на него.

— Выглядишь потрясающе, и настроение, вижу, отличное, — улыбался открыто мне в ответ Морозов.

— Спасибо! А настроение да, великолепное.

— Гипс сняли? — осматривал он меня, отыскивая перемены.

— Да, на прошлой неделе.

— А реабилитация как? Помогла? — в его глазах читался явный интерес и беспокойство. И это мне льстило.

— Да! Намного лучше себя чувствую, — больше не стеснялась смотреть на него.

— Ты вышла на работу? Торопишься?

— Заезжала на кафедру.

— Пообедаем? — спросил Морозов, взглянув на часы.

— Почему бы и нет! — пожала плечами. — У меня есть свободный час. Успеем же?

— Обязательно успеем.

По дороге в ресторан меня не мучила совесть и я совершенно не считала, что, согласившись на обед, давала какие-то напрасные надежды Алексею.

На самом деле между нами осталось еще несколько незакрытых вопросов, на которые я жаждала получить ответы.

Морозов сиял, выдвигая мне стул в ресторане, и терпеливо ждал, пока я сделаю заказ, прежде чем заговорил.

— Даш, что изменилось? Почему ты согласилась на обед?

— Поняла, что не должна тебя бояться. А также есть моменты, которые я хотела бы обсудить с тобой.

— Например? — на его лице не дрогнул ни один мускул. И вообще, Алексей выглядел очень расслабленным.