Книга Игрушка на троих, страница 87 – Алика Бауэр

— Это была часть плана.

— Какого плана? — спрашиваю устало.

— Чтобы твой рыцарь на белом коне пришел к тебе на помощь.

Его пальцы стучат по лакированной поверхности стола, четко отбивая мой сердечный ритм.

— И ты сейчас имеешь в виду Дмитрия… — не вопрос, а лишь сухая констатация факта.

— Дмитрия, — отец кивает. — Девочка моя, он давно влюблен в тебя, и я решил сыграть на этом. Ждал, когда ты подберешься к нему, а после уничтожишь.

Чувствую, как начинает кружиться голова. Весь ужас последних месяцев, все унижения, боль, страх — все это оказалось спланировано?

— Только не говори, что все это затевалось только для того, чтобы отомстить Дмитрию, — шепчу, а по щекам беззвучно текут слезы.

— Именно так, дочка. Ты даже не представляешь, как этот сукин сын подставил меня три года назад! После этого со мной все перестали иметь дело! — в его голосе впервые прорывается ярость, настоящая, неконтролируемая.

— Ты даже не представляешь, что я пережила за это время…

Отец встает, обходит стол и становится за моей спиной. Нервно всхлипываю. Его руки мягко ложатся на мои плечи, сжимая их. Прикосновение, которое когда-то означало защиту, теперь больше похоже на хватку надзирателя.

— Зато у нас с тобой теперь есть уникальный шанс отомстить ему за все.

Мой разум словно затуманился. Слишком много информации, слишком много открытий. Ненавижу отца за его чудовищный расчет. Ненавижу Дмитрия за его извращенную любовь и все, к чему она привела. Может, действительно он виноват во всем?

Я просто хочу, чтобы все это закончилось.

— Каким образом? — спрашиваю, находясь в каком-то бреду.

— Напиши ему. Договорись о встрече.

— Я не хочу его видеть, — мотаю головой, чувствуя на себе моральное давление отца. — Не сейчас.

— Дочка, мне нужно выманить этого гада из-под его охраны. Он стал слишком бдителен после моей «смерти». Чует, видимо… — он усмехается. — А на встречу с тобой он прибежит, как последняя дворняжка, высунув язык.

— И что ты собираешься сделать?

Отец наклоняется к моему уху. Его дыхание теплое, а слова — ледяные.

— Убить его.

Тишина в закрытом ресторане гулкая, звенящая и неестественная. Воздух, обычно наполненный ароматами еды и смехом, сейчас был спертым и холодным, пахнул пылью и страхом.

Сижу за одним из столиков в зале. Пальцы судорожно сжимают бумажную салфетку.

Каждая минута ожидания растягивается в мучительную вечность.

Последние сутки, нахожусь словно в каком-то бреду.

Меня терзают сомнения. Грызут изнутри, как ядовитые черви.

Правильно ли я поступаю? Согласившись на этот чудовищный план отца, я переступила через себя, через всю боль, которую мне причинил Дмитрий, и через ту странную, изломанную связь, что все еще тянулась между ними.

СМС с текстом «Встретимся в моем ресторане в 23:00. Скучаю» жжет мой карман, как раскаленный уголь. Последнее слово — «скучаю» — писала с ощущением тошноты и предательства, но отец настоял: «Он проглотит наживку без раздумий».

Это место, этот ресторан — наше с отцом детище, теперь настоящая засада. Безлюдный зал с новой современной мебелью казался декорацией к предстоящей трагедии. И я в ней главная актриса. Приманка.

Знаю, что отец где-то здесь. Прячется густой тени у барной стойки, в арочном проеме, ведущем в подсобки. Не вижу его, но чувствую его присутствие каждой клеточкой своей кожи — тяжелый, давящий взгляд, полный холодной решимости. Он хотел лично поквитаться. И я, его дочь, стала его соучастницей.