Книга Подонки «Найди и возьми», страница 91 – Кейт Блейз

Она подошла ближе, встала рядом, тоже глядя на два холмика. Знала, что́ он здесь делает. Знала, что это не прощание, а скорее подведение черты.

— Странно, — наконец сказал Хантер. — Один меня ненавидел за то, что я не его сын. Второй хотел мной владеть, потому что я его сын. И оба мертвы.

— А ты жив, — тихо ответила Лив.

— А я жив. — Он повернулся к ней, и в его глазах мелькнуло что-то, чего она раньше не видела. Не боль, не злость. Просто усталость и, кажется, благодарность. — Поехали домой.

Они вернулись в город, когда уже начало смеркаться. Дом Хантера, который он когда-то ненавидел за стерильность, теперь изменился до неузнаваемости. Исчезла безликая дизайнерская мебель — вместо неё появились тёплые, живые вещи. На стене висела та самая гитара — теперь он иногда брал её в руки и тихо перебирал струны, вспоминая, кем мог бы стать. В углу стоял отремонтированный отцом Лив старый радиоприёмник, и сейчас оттуда лился тихий джаз.

Вечером пришли друзья. Кейн ворвался первым, как всегда, с бутылкой дорогого виски и историей о том, как он сегодня «случайно» разбил машину какого-то мажора, который полез к нему с претензиями. Рид зашёл следом, молчаливый, но в глазах плясали искры — Кейн уже успел ему всё рассказать, и эта история явно его позабавила. Нокс появился бесшумно, как тень, и устроился в углу, на своём любимом месте, откуда было видно всю комнату и входную дверь.

Приехала и Джесс — она теперь часто наведывалась в гости, освоившись в их странной компании. Мать Джесс передала с ней огромный пакет с домашней едой. Хантер, к удивлению всех, воспринял это как должное и даже помог Джесс разложить угощение на столе.

— Слушайте, а Нокс сегодня разговорчивый, — заметил Кейн, разливая виски. — Аж два слова сказал.

— Три, — поправил Нокс, не отрывая взгляда от окна.

Все рассмеялись. Даже Рид позволил себе лёгкую улыбку.

— Кстати, о разговорчивости, — Кейн резко стал серьёзным. — Нокс кое-что нашёл.

Напряжение мгновенно сгустилось. Лив замерла с чашкой в руках, Хантер отставил стакан.

— Тот дилер, которого мы тогда... — Кейн сделал многозначительную паузу. — У него был старший брат. Крутой, серьёзный. Связан с мексиканцами. И он только что объявился в городе. Ищет встречи.

Тишина повисла в комнате, нарушаемая только шипением джаза из радиоприёмника.

— Нас? — спросил Рид.

— Скорее, ответов. Почему брат исчез. Пока он только нюхает воздух, но если копнёт глубже...

— Я займусь, — коротко сказал Нокс. Это значило, что он уже начал.

Хантер кивнул. Они привыкли к таким разговорам. Это была их реальность — тени, опасность, постоянная готовность к войне. Но сейчас, глядя на Лив, которая сидела рядом с Джесс и хмурилась, слушая их, он понял, что эта реальность больше не пугает его так, как раньше.

— Ладно, — Кейн хлопнул себя по коленям, разряжая обстановку. — Завтра будем думать. А сегодня — давайте уже есть эту курицу, пока она не остыла.

Они просидели допоздна. Ели, пили, спорили о музыке, смеялись. Джесс пыталась научить Кейна играть в «Монополию», но он постоянно жульничал. Рид и Нокс наблюдали со стороны, изредка вставляя едкие комментарии. Лив сидела на диване, прижавшись к Хантеру, и чувствовала, как в груди разливается странное, непривычное тепло.

Когда часы показали далеко за полночь, гости начали расходиться. Кейн, пошатываясь, но с достоинством, заявил, что вызовет такси, потому что «водить в таком состоянии — моветон». Рид просто кивнул на прощание и исчез. Нокс задержался на секунду, посмотрел на Хантера своим тяжёлым взглядом, потом перевёл его на Лив и едва заметно кивнул — то ли одобряя, то ли прощаясь. Джесс чмокнула подругу в щёку и упорхнула, обещая позвонить завтра.