Онлайн книга «Наши лучшие дни»
|
От Люка Грейс ехала домой на такси. Возвращалась победительницей – по крайней мере такое у нее было ощущение (может, и неуместное). Промежность саднило, но и этот дискомфорт радовал. Невинность наконец-то потеряна, причем отдана вроде приличному парню. Отныне Грейс будет с полным правом участвовать в дискуссиях «между нами, девочками» (которые самим Временем освящены). Будет обсуждать пенисы и ужасы беременности (даром что Люк использовал презерватив, надел сразу, избавил Грейс от унизительных объяснений – почему она не на контрацептивах, как положено любой нормальной двадцатитрехлетней девушке). Что квартира пуста, Грейс поняла сразу. Сумку бросила, позвала Джону – и тут взгляд замер на кухонном столе. Три винные бутылки стоят кружком, будто подношение языческому божеству, будто стол – не стол, а жертвенник. В следующую секунду Грейс поняла: вино дорогое, тех марок, что пьют Вайолет и Венди. Не какой-нибудь «Ходнаппс Харвест». И постеры рядом приклеены, тоже три штуки. Почерк – неровный, подростковый. У Грейс волосы зашевелились. Чуть успокоилась она, только когда прочла: «извини если что испортил хотел помочь» «взял деньги из банки. обяз. верну» «спасибо за ужин. бен вроде парень ничего – дж» Нет, нет, нет. Грейс опять окликнула Джону – не иначе это розыгрыш. «бен вроде парень ничего» — Какого черта! – вырвалось у Грейс. Разве мало она страдает? Где у Вселенной снисхождение? Грейс влезла в старый папин свитер – «трофейный», один из тех, за которые у них с сестрами даже ссоры случались. Уселась на полу возле холодильника. Хмель еще не совсем выветрился. Экранчик мобильника высветил три часа ночи. Значит, в Чикаго сейчас пять. Ну и пусть. — Гусенок? – Голос Венди прозвучал с нехарактерной тревогой. — При… – докончить двусложное слово «привет» Грейс не смогла – помешала дрожь в горле. – Джона приезжал. Только уже снова исчез. Я вернулась – никого. Я за папу волнуюсь. И я только что перепихнулась с одним ирландцем. Такое чувство, будто все… будто все к чертям летит. Я запуталась. И я ужас как далеко… Ни стимула, ни сил сдерживать слезы больше не было – вот из глаз и хлынуло. Грейс заревела в голос, по интенсивности рыдания больше походили на рвоту. — Грейси, блин! Что ты там сказала про Джону? Грейс шумно втянула сопли: — Джона… Он… заскочил ко мне. — В Портленд?! — А у меня что – в каждом штате недвижимость? В Портленд, конечно, куда же еще! — Господи! Мы тут с ума сходим, а его в Орегон понесло! Он даже курсы вождения не окончил! И Лизину машину в хлам разбил – ты, наверно, знаешь. — Нет, Венди, я впервые слышу про Лизину машину. Потому что никто не удосужился мне сообщить. Мне вообще никто ничего не сообщает. А Джону я не приглашала. Я его вообще до сегодняшнего дня в глаза не видела. — Он в порядке? — Ну… Он… он уже не у меня. — Ничего не понимаю. Так он приезжал или как? — Приезжал. А потом я домой возвращаюсь – его нет. Только вино осталось – три бутылки. И записка с извинениями. — Он извиняется? За что? — За то, что взял у меня наличные. И наверно, все испортил, и еще… — В голове не укладывается. Ты что, позвонить не могла, когда он появился? — А почему МНЕ никто из вас не позвонил? Вы там все вместе, а я торчу одна в такой дали! Вам плевать, что я волнуюсь за папу! Вы даже на мои эсэмэски не отвечаете! И всегда вы так. Всегда от меня дистанцируетесь. Вечно у вас «между нами, девочками». А я, блин, тоже – де-воч-ка! |