Книга Счастливый удар, страница 106 – Ханна Коуэн

Я сглатываю. Его интерес ко мне настолько очевиден.

— Да. Под давлением я только эффективнее.

Это правда.

Ронни слегка поворачивает свое тело, ровно настолько, чтобы наши руки соприкоснулись. Я отодвигаюсь еще дальше.

— Твой агент сказал, ты предпочитаешь играть в Ванкувере или где-нибудь в Альберте. Верно? – спрашивает Харви.

Его голос звучит странно, как будто мое желание остаться поближе к дому раздражает его больше, чем что-либо еще.

— Да. Я предпочел бы остаться как можно ближе к дому.

— Ванкувер в этом сезоне играет хорошо. Не похоже, что они будут выбирать в первых рядах, – говорит Джонатон, его слова звучат еще невнятнее, чем всего несколько минут назад.

Я, не моргая, смотрю на него:

— Я в курсе.

Ронни наклоняется ко мне и мурлычет:

— В Ванкувере выдался удивительный год, но кто сказал, что это не случайность?

Харви издает согласный звук, прежде чем сложить руки перед собой и наклониться вперед. Его пристальный взгляд удерживает мой. Это крайне неудобно.

Он постукивает ладонями по столу.

— Буду честен с тобой, Оукли. Где бы ты ни оказался после драфта, у тебя есть варианты. Я уверен, что твой агент проделал хорошую работу, сообщив об этом, но когда дело касается Миннесоты, нет ничего невозможного. Я серьезно. Нет фишек, которые мы бы не передвинули, чтобы увидеть тебя в красно-зеленых цветах. Абсолютно ничего.

Я напрягаюсь. Да, Дуги рассказал, какие у меня есть варианты после драфта, но я также знаю, что решения, которые я принимаю, могут иметь последствия.

Игрок не обязан подписывать контракт с командой, которая его выбрала. А если нет? Это серая зона, или, скорее, мутная черная зона. Если вы не подпишете контракт с командой драфта, то будете выглядеть высокомерным, как будто вы слишком хороши для того, кто решил дать вам шанс. Я не хочу прослыть таким игроком. Я не такой.

Генеральный менеджер команды намекает не подписывать контракт с командой драфта, а вместо этого поехать в Миннесоту? Грейси сказала бы мне, что это звучит подозрительно. Не говоря уже о том, что если бы я рискнул отказаться от задрафтовавшей меня команды в пользу какой-либо другой, то точно выбрал бы не «Вудмен».

Почувствовав на колене чью-то руку, я вскакиваю со стула. Где-то за аквариумом сверкает вспышка, но когда я оборачиваюсь, чтобы отыскать ее источник, Ронни хватает меня за руку и тянет сесть обратно.

— Что случилось, Оукли? – напряженно спрашивает Харви. Он хмуро смотрит на дочь, а затем снова смотрит на меня с фальшивой улыбкой.

— Мне нужно в туалет, – выпаливаю я.

Мои ладони вспотели, и я пользуюсь этим, вытягивая свою руку у Ронни, и направляюсь к туалетам. Меня сопровождают взгляды и голоса, но я не обращаю на них внимания.

А следовало бы.

Я сталкиваюсь с кем-то и отшатываюсь назад, пытаясь собраться с мыслями. Еще одна вспышка, и мне приходится тереть глаза.

— Оукли Хаттон! Ты здесь по делам или для удовольствия? – Мне кричат вопрос, и я быстро моргаю, пытаясь прогнать звезды из глаз из-за вспышки. – Ты встречаешься с Вероникой Андерсон?

— Нет.

Я свирепо смотрю на человеческий силуэт перед собой и вновь устремляюсь в туалет. Мой локоть касается живота журналиста, и тот стонет.

— Ой! Ты буйный парень, Оукли? – спрашивает он, все еще следуя за мной, пока я пробираюсь между столиками, и мое зрение наконец проясняется.