Книга Связанные кровью, страница 81 – Ребекка Сайдлер

Я приближаюсь к Фло, прищуриваясь:

— Вы встречались раньше.

Щеки Флоренс мгновенно пунцовеют.

— Он называет тебя Флоренс, – продолжаю я.

Она облизывает губы и ерзает.

— Я не уверена, сколько мне стоит тебе рассказывать, – признается она.

— Выкладывай все, – требую я. – Или ты хочешь, чтобы герцог рассказал мне первым?

Она встает, наливает воду из кувшина в стакан, делает глоток и начинает:

— Я не знаю всех деталей. Твоя мама так и не сказала мне правду.

У меня перехватывает дыхание. Я не ожидала, что мама как-то связана с этим. Ее нервозность я бы сочла почти забавной, если бы не чувствовала, как сильно это все касается лично меня.

— Все, что я знаю, – Зефира встретила Лиама на концерте, который проходил во владениях герцога Кадма. Ты же помнишь, какая она была талантливая арфистка?

Одно из моих любимых воспоминаний – как мама играла на арфе. Я помню, как впервые попыталась использовать ветер, чтобы придумывать новые ноты и помогать ей играть. Она доставала арфу только тогда, когда отец уезжал на Совет Верховного Мага.

— Если ты видела его комнату и кабинет, то понимаешь – Лиам обожает музыку. Говорят, он может сыграть на любом инструменте, к которому прикоснется.

Это стало для меня новостью. Полагаю, мне не стоило удивляться после того, как я услышала, как он играет на пианино, и увидела стену, уставленную бас-гитарами, обычными гитарами, скрипками, виолончелями и целым набором прочих инструментов, выставленных напоказ. Я думала, они просто для декора. Предполагала. Не верила, что он умеет играть на каждом из них. Но, думаю, именно так и бывает, когда тебе две тысячи лет. Вампир с мозолями.

— Как и ты, она надеялась покинуть свой дом. Двадцать восемь лет назад она обратилась в агентство. Она бы стала отличной партией для Лиама, – тихо продолжает Фло. – И он не знал, кто она, когда предложил ей контракт.

Лиам сделал предложение… моей матери? Это слишком. Я опускаюсь на стул, подтянув колени к подбородку.

Фло замечает мой дискомфорт, но продолжает:

— Он веками боролся с законом, по которому герцог должен иметь мага. Зефира стала первой ведьмой, которой он предложил Соглашение. Но ее отец, твой дед, был так же упрям, как и твой дед со стороны отца. Он воспринял это как оскорбление. Во-первых, Лиам сделал предложение его дочери, а не ему лично. А во-вторых, она была старшей дочерью Дома Ветра и предназначалась другому магу – чтобы восстановить магию ветра. Смешивать магии было бы кощунством.

Мне ненавистно признавать, но дед был прав. Я – плод идеального сочетания генетики и правильно выбранного времени. И я ненавижу старого мертвеца, который заставил маму выйти замуж.

— Но она все равно пошла против него и согласилась.

Дышать становится трудно.

— Но что-то пошло не так, раз я здесь? Что случилось?

— Лиам ждал ее на вокзале. Но она не пришла. Вместо нее ее отец прислал гонца с сообщением, что она не приедет и он больше ее не увидит.

Фло делает глоток воды и качает головой:

— Лиам свернул гонцу шею, выпил его досуха и отправил твоему деду коробку с сердцем и запиской: «Бессмертие помнит всё».

У Фло по щеке течет слеза. Я вытираю ее.

— И он отомстил. Когда Кадм… – она сплевывает в раковину, произнося это имя, – когда он пришел в Дом Ветра, твой дед молил Лиама о помощи. Он был единственным, кого Кадм боялся. Но герцог прислал ответ: «Вы не нуждались во мне тогда – не нуждайтесь и сейчас». И это стало концом Дома. Единственная причина, по которой вы с матерью спаслись, – вы тогда жили в доме твоего отца, а я была у вас в гостях.