Книга Кадетка 73. На практике у маршалов, страница 41 – Тина Солнечная

— А ты слишком безрассудный, маршал.

Он тихо рассмеялся, и это был первый раз, когда я услышала, как он искренне смеётся.

Дейн

Я выпрямился, отбрасывая пустую аптечку в сторону, и сделал шаг прочь, стараясь не выдать, что рана всё-таки доставляла мне дискомфорт.

— Тебе нужна медицинская помощь, маршал.

Её голос, полный укоризны, прозвучал совсем рядом.

Я посмотрел на неё, отмечая, что даже после всех событий этого дня она держалась на ногах, хотя и выглядела измученной. Я видел, как её руки всё ещё дрожали, но упрямый взгляд говорил, что она не позволит себе слабость.

Мия Хейс.

Шпионка? Не похоже.

Проблема? Без сомнения.

— У меня есть более важные дела, кадет.

Я хмыкнул, но прежде чем сделать шаг, достал из кармана контейнер и протянул Алеку.

— Держи.

Он кивнул, принимая передачу, но мы оба знали — это был не просто контейнер.

Внутри находилось ядро — крошечное устройство, способное изменить ход истории целой планеты.

Я чувствовал её взгляд, полный вопросов, но она промолчала.

Даже не спросила, что это.

Не проявила интереса.

Если бы она была шпионкой, она бы сделала хоть что-то. Попыталась бы узнать больше, задать хоть один вопрос. Но нет.

Я шагнул обратно на поле боя, сжимая зубы.

Битва длилась ещё час, но в конечном итоге враг отступил. Однако победа не принесла облегчения.

Когда всё закончилось, корабль превратился в бурлящий улей, наполненный голосами, стонами раненых, быстрыми приказами офицеров и слаженной работой медиков, которые пытались стабилизировать состояние бойцов. Воздух пропитался запахом антисептиков, крови и металла, а экстренные огни придавали происходящему ещё более напряжённый оттенок. Казалось, что само пространство вибрирует от нервного напряжения и глухого осознания того, что победа далась нам нелегко, а расслабляться было ещё рано.

Я наблюдал за ней.

За тем, как она двигалась среди раненых, без лишних слов принимаясь за работу, как уверенно доставала инструменты, ловко обращалась с приборами, которых не должно было быть на её тренировочном судне. В ней не было ни тени паники, ни излишней нервозности — только сосредоточенность, полное погружение в процесс и желание Когда всё закончилось, корабль превратился в бурлящий улей, наполненный голосами, стонами раненых, быстрыми приказами офицеров и слаженной работой медиков, которые пытались стабилизировать состояние бойцов. Воздух пропитался запахом антисептиков, крови и металла, а экстренные огни придавали происходящему ещё более напряжённый оттенок. Казалось, что само пространство вибрирует от нервного напряжения и глухого осознания того, что победа далась нам нелегко, а расслабляться было ещё рано.

Шпионка вела бы себя иначе.

Я продолжал следить за каждым её движением, пытаясь найти хоть один признак лжи, хоть одно неестественное проявление, намёк на то, что всё это — лишь тщательно продуманная маска.

Но я не находил ничего.

Никаких попыток заглянуть туда, куда не следовало, никаких подозрительных вопросов, никакого стремления выведать детали нашей миссии. Только естественное любопытство, которое было бы у любого человека, оказавшегося в закрытой военной среде.

И всё же…

Почему она выбрала нас?

Я помнил тот момент, когда она отвела взгляд от экрана, доверившись удаче, и ткнула пальцем в список.