Книга Целительница для дракона. Доказать невиновность, страница 151 – Мария Минц, Злата Уютная

Будто упал целый поднос с инструментами.

Потом истошный, старческий вопль, полный неподдельного ужаса:

— Караул! Чудовище! В палате чудовище! Оно меня сейчас ест!

За дверью мгновенно поднялась суматоха. Послышались грубые возгласы, тяжёлые быстрые шаги, удаляющиеся в сторону соседней палаты.

— Что там?

Сердце бешено колотилось.

Я приоткрыла дверь ровно настолько, чтобы проскользнуть.

Коридор был пуст. В дальнем его конце толпились у двери двое бугаев, кто-то внутри палаты что-то кричал.

Я, прижимаясь к стене и стараясь идти как можно увереннее, несмотря на подкашивающиеся ноги, двинулась в противоположную сторону.

Память, к моему удивлению, не подвела.

Я вспомнила тот первый визит с Тодой. Палата Арнольфа была в том же крыле, на этаж выше, в самом конце коридора, подальше от посторонних глаз.

Каждый шаг давался с трудом. Слабость подступала волнами, в глазах периодически темнело.

Я опиралась о холодную каменную стену, стараясь дышать глубоко и ровно сквозь маску.

Наконец, я поднялась по узкой лестнице и увидела знакомую дверь. И стражника перед ней.

Теперь нужно было как-то попасть внутрь.

Я остановилась за аркой, чтобы не привлекать внимание и принялась лихорадочно соображать. Но в этот момент из-за тяжелой драпировки в конце коридора высунулась знакомая морда.

Ханна.

Она сделала мне едва заметный знак головой в сторону дальней стены коридора, где стоял большой глиняный кувшин с водой для тушения пожаров.

Поняв, я уверенно (ох и скольких сил мне это стоило!) вышла к охраннику.

— Эй, вы! — твердо сказала я, изменяя голос, насколько позволяла маска. — Там, этажом выше, прорвало трубу с кипятком! Срочно нужна помощь, чтобы эвакуировать больных!

Охранник нахмурился.

— У меня приказ не отходить от этой двери ни на…

Его слова утонули в новом шуме.

— Помогите! Тону! Буль-буль-буль! — глухо закричала Ханна и, видимо, толкнула кувшин, который моментально залил коридор водой.

Импульс моментально победил приказ.

Охранник, чертыхаясь, кинулся на лестницу.

Дверь в палату Арнольфа осталась без защиты.

Я толкнула тяжелую дубовую плиту и просочилась внутрь, сразу же прикрыв ее за собой. Через секунду в комнате оказалась и Ханна, отряхивая лапы от воды.

— Ну и нервы ты мне потрепала, — проворчала она, но в ее тоне слышалось удовлетворение. — Работа сделана.

— Ты моя умница, — совершенно искренне похвалила я кошку, потрепав ее за ушком, — Даже не представляю, что бы я без тебя делала.

Арнольф лежал на том же месте в той же позе, в которой мы его застали в прошлый раз.

Я сразу же приступила к осмотру, включив режим полной сосредоточенности.

Первым делом я проверила его глаза. Я осторожно приподняла его веко. Зрачок был крошечным, точь-в-точь как булавочная головка, и почти не отреагировал на свет. Классический, безошибочный признак отравления опиатами или их аналогами.

Дыхание его было очень поверхностным и замедленным, всего несколько вдохов в минуту. Сердце стучало лениво, с огромными паузами между ударами.

Руки и ноги на ощупь были холодными, а мышцы вялыми, почти без тонуса, как у тряпичной куклы.

— Похоже, он не просто в коме, — прошептала я, чувствуя, как внутри меня начинает закипать тревога.

Я быстро нашла тумбочку и, игнорируя протесты Ханны, которая хотела найти там что-то съедобное (подозреваю, что всю ту же валерьянку), принялась рыться в бумагах. Наконец, я нашла то, что искала: толстый, засаленный свиток истории болезни.