Книга Целительница для дракона. Доказать невиновность, страница 131 – Мария Минц, Злата Уютная

В одном из редких моментов относительной ясности я поняла, что происходит. Кто-то влажной, прохладной тряпочкой осторожно протирал мой лоб и шею. Движения были неуклюжими, но настойчивыми.

Я с трудом разлепила веки.

В тусклом свете я увидела Ханну.

Она сидела рядом на корточках и с видом величайшего страдания тыкала в меня лапой, зажав в ней мокрую тряпку.

— Разлеглась тут, — проворчала она, увидев, что я смотрю на нее. — Лежишь, как бревно, а мне тут сиделкой, видите ли работать приходится. Такой особе как я не пристало заниматься подобными вещами.

Но, несмотря на ворчание, она снова принялась обтирать мое лицо. Тряпка пахла спиртом и мятой — она явно сделала что-то похожее на жаропонижающее обтирание. Интересно только где научилась этому.

— Ханна... — прохрипела я. — Ты... почему тут?

— А куда мне деваться? — она фыркнула. — С этим мальчишкой твоим мне не с лапы совсем мотаться. Там инквизиторы, шум, гам. А тут... тихо. К тому же, кто бы за тобой ухаживал, если не я? Помрешь тут одна, и кто мне тогда валерьянку будет поставлять? Так давай, держись.

Я слабо улыбнулась. Эта наглая, ленивая кошка осталась со мной в одном подвале.

И все это ради валерьянки?

Вряд ли.

В ее ворчании сквозь привычный цинизм пробивалась самая настоящая забота.

— Спасибо, — прошептала я.

— Да не за что, — отмахнулась она, но кончик ее хвоста нервно подергивался.

Как же хорошо, что кошки не могут заразиться чумой от людей. Как, впрочем, и наоборот.

Ханна помогла мне сделать несколько глотков воды, а потом я снова провалилась в забытье. Но на этот раз в нем было чуть больше спокойствия. Я знала, что я не одна.

Когда я снова пришла в себя, лихорадка не отступала, а кашель становился все глубже и болезненнее.

Я понимала, что мой организм проигрывает битву. Мне нужно было оружие.

— Ханна, — позвала я, едва шевеля языком. — На полке... в углу... маленькая склянка...

Кошка что-то проворчала в ответ, но через мгновение я почувствовала, как ее лапа осторожно вкладывает холодное стекло мне в руку.

Руки дрожали так, что я едва могла удержать склянку. Я с трудом приняла еще одну дозу.

Прошло несколько часов. Стало чуть легче дышать, жар, кажется, немного отступил.

Однако, я знала, что улучшение будет кратковременным.

Моему организму нужен был не этот мутный отвар. Ему нужен был чистый, концентрированный, мощный антибиотик. Тот, что должен был получиться после всей многоступенчатой очистки, которую сейчас, надеюсь, уже начал делать Тода.

Я закрыла глаза, чувствуя, как страх снова сжимает мое горло ледяным кольцом.

Я сделала все, что могла. Я сделала первый вариант лекарства, которое успешно прошло испытание, организовала производство и передала знания.

Теперь оставалось только ждать.

А в полумраке подвала, положив свою мохнатую голову мне на грудь, мурлыкала гигантская кошка, ворча сквозь мурлыканье о неудобствах и нарушенном покое.

Тода

Повозка, предоставленная инквизиторами, подпрыгивала на булыжниках, и с каждым толчком мое сердце, казалось, подскакивало к самому горлу.

Лицо Зоряны, бледное, с лихорадочным блеском в глазах, стояло передо мной. И, вспоминая его, я чувствовал как меня погребает под собой волна сомнений.

«Ты справишься», — сказала она.

А я… я ведь всего лишь помощник. Мальчишка, который еще пару месяцев назад разносил бумаги по кабинету Архилекаря и боялся собственной тени.