Книга (не) Возможный союз бывших, страница 106 – Дарья Редьяр

— Я выведу тебя на свежий воздух, — решительно заявляет он и, не дожидаясь ответа, подхватывает меня на руки.

Я чувствую на себе взгляд Кьяри. Он улыбается. И в этой улыбке — что-то неуловимо-хищное.

На улице я делаю глубокий вдох. Ночной воздух — прохладный, влажный — обжигает легкие, но паника не отступает.

— Тебе лучше? — заботливо спрашивает Джодэк, держа меня в объятиях.

— Ты должен вернуться к гостям, — выдавливаю из себя улыбку. — А я побуду здесь пару минут, подышу.

Он колеблется, смотрит с тревогой, но я повторяю, что со мной все в порядке, и он уходит.

Оставшись одна, я прислоняюсь к холодной колонне и закрываю глаза.

Воспоминания вспышками проносятся перед внутренним взором. Вот он улыбается, замахиваясь плетью. Вот он смеется, когда я падаю на пол, обессиленная от боли. Вот он наклоняется ко мне и шепчет: «Правильно, хорошие нессы должны быть у мужских ног».

Меня подташнивает. Я сгибаюсь пополам, хватаю ртом воздух, но держусь. Нельзя упасть. Нельзя показать слабость.

Зачем он приехал? Узнал ли он меня? Или не помнит? Но нет. В его взгляде, когда он целовал мне руку, мне почудилось что-то. Или это только моя паранойя?

Что ему нужно? Он что-то задумал? Хочет шантажировать? Или просто насладиться моим страхом?

Я пытаюсь отогнать панику, даю себе вполне логичные ответы: он кузен Джодэка, приехал на бал, как и все. Может, он действительно меня не узнал. А если узнал — что он может сделать сейчас, на глазах у сотен гостей, под защитой маркиза?

Но страх не уходит. Он гнездится где-то глубоко, свернувшись клубком.

— Как ты себя чувствуешь? — голос Джодэка вырывает меня из омута воспоминаний.

Я открываю глаза. Он стоит рядом — встревоженный, красивый, такой родной.

— Уже лучше, — говорю я. И это почти правда.

— Гости почти собрались. Ты готова вернуться в зал?

Я смотрю на него, на его протянутую руку — и понимаю, что не могу отказаться. Не сейчас. Не после того, как он столько сделал ради меня.

Покорно вкладываю свою ладонь в его.

Мы возвращаемся в зал, и Джодэк утягивает меня к небольшой сцене, где расположились музыканты. Гости замолкают, оборачиваются. Я чувствую на себе сотни взглядов — любопытных, оценивающих, завистливых.

— Минуту внимания! — голос Джодэка звучит громко и уверенно. — Дорогие гости, я рад приветствовать вас этим вечером в своем особняке. Сегодняшний бал для меня особенный, ведь я решил дать его в честь той, в ком отчаянно нуждаюсь.

Он делает паузу. Смотрит на меня. В его глазах — такая нежность, что у меня перехватывает дыхание.

— Многие из вас слышали о графине Хальбаум, некоторые знакомы с ней лично. Но с уверенностью могу сказать: графиня — необыкновенная несса, не оставляющая равнодушным никого, кто с ней встречается. Должен признаться, я пал пленником ее остроумия, доброты и открытости.

Внутри появляется неприятное предчувствие. Кажется, я знаю, к чему он клонит.

— Вдовствующая графиня Эстерлина Хальбаум, — Джодэк опускается на одно колено и протягивает мне кольцо — то самое, фамильное, с рубином, — вы всецело покорили меня. Окажете ли вы мне честь вновь стать моей женой?

Толпа ахает. Я слышу, как кто-то восхищенно вздыхает, кто-то завистливо шипит. Я стою, смотрю на него, и внутри меня все разрывается на части.

“Зачем ты это делаешь?” — хочется схватить его за лацканы сюртука, хорошенько встряхнуть и закричать. Мы же говорили. Я сказала, что не хочу замуж. Что боюсь. Что у меня есть тайны, которые могут все разрушить.