Книга Любовь всей моей смерти. Том 1, страница 79 – Дэпаранг [Daeparang]

— Какое мне дело до вашей мужественности? Самое главное — оставаться человеком. — Шихён без промедлений вернула укол его владельцу.

— Понятно. Но что же в таком случае делать мне? Ведь я не человек, а лис… Мне кажется, искать во мне человеческую натуру как-то неправильно. — Его голос слегка исказился.

— Что? —Шихён на мгновение растерялась.

— Я — лис. В буквальном смысле. Люди из мира живых прозвали меня кумихо¹¹. На самом деле у меня не девять хвостов. Хе-хе, хотите, я поменяю облик, и вы убедитесь в этом сами?

— Вы кумихо?

— Я ведь с самого начала говорил тебе, что он лис. — Чжиху, до этого наблюдавший за происходящим со стороны, нарушил свое долгое молчание.

Мужчина произнес это совершенно спокойно, что было прямо противоположно состоянию Шихён: девушка была напугана.

ГЛАВА 26

СОВЕТ ЛИСА

— Этот мир кишит различными ёкаями¹², а перед тобой всего-навсего лишь лис… Ты не думаешь, что пора бы уже привыкнуть? Чему ты постоянно удивляешься?

Шихён даже поперхнулась от столь абсурдного высказывания царя. Откашлявшись, девушка пару раз прочистила горло и нахмурилась.

«Ах, ну да, ну да. Я и забыла, что этот мир населен не только людьми. Это же полностью моя вина. В этом нет никаких сомнений», — с издевкой подумала Шихён.

Чжиху был все так же спокоен, как и во время своей речи: он невозмутимо встретил направленный на него гневный взгляд Шихён. Царь кивнул Хасону, показывая, что он сказал все, что хотел, призывая продолжать диалог. Воспользовавшись предоставленной возможностью, лис провел языком по губам и снова заговорил:

— Ну, раз уж я и так открыл вам свою сущность… Как правило, я крайне неохотно говорю об этом, но ради вас, госпожа, мне следует сделать исключение.

На лице Шихён моментально отразилась четкая мысль, пролетевшая в голове: «Дело плохо». И хотя девушка готова была мигом отказаться от этой идеи, Хасон был настроен решительно и не мог просто так отпустить ситуацию. Прежде чем Шихён успела что-либо возразить, Хасон схватил её за запястье, а затем, беззаботно посмеиваясь, положил руку царицы себе между ног.

У Шихён тотчас сперло дыхание.

Никакими словами нельзя было описать то потрясение, которое переживала девушка. Это же чувство разделяли и присутствующие в комнате трое мужчин. Один лис оставался невозмутим.

Шихён была настолько сильно сбита с толку, что в ее голове не возникло и мысли о том, чтобы убрать руку от паха Хасона. Даже болтливые Сонхон и Кёнхван, похоже, окончательно растерялись и никак не могли справиться с шоком, оказавшись в столь непредсказуемой ситуации.

В конце концов Чжиху, едва сумев обрести способность здраво мыслить, поднялся со своего места. Он смотрел на происходящее с широко раскрытыми глазами, не веря в то, что все это происходит на самом деле, но, когда первое потрясение спало, решил взять ситуацию под свой контроль. Первым делом Чжиху отодвинул Шихён, застывшую словно истукан, от Хасона, а затем разразился громким криком:

— Хасон, ты хочешь быть арестован за домогательства?!

Положив руку на плечо девушки, Чжиху притянул Шихён к своей груди, словно защищая от лиса. В отличие от царя, который был предельно серьезен, Хасон беспрерывно хихикал, будто находил эту ситуацию невероятно забавной.

— Ну что вы, какие домогательства? Я всего лишь раскрыл госпоже свой секрет, который хранил на протяжении нескольких тысячелетий, — сказал Хасон, слегка подмигнув девушке.