Книга Рыжая для палеонтолога, страница 28 – Светлана Синицына

Культурная столица встретила его серым небом и пробирающим до костей ветром. Набрякшие облака плыли по хмурому небу, и Женя успел несколько раз обрадоваться, что взял с собой зонт. Роза и торт лежали в пакете.

Нужный дом он нашёл быстро: пятиэтажная сталинка в старой части города всем своим видом давала понять, что она массивная и вечная. Поднимаясь по ступенькам длинных лестниц, он заметил приоткрытое окно и полную окурков банку, стоявшую на подоконнике. Интересно, какие сигареты курит сейчас Маргарита?

Квартира номер «85» ― от лестницы налево. Предпоследний этаж. До Бога ещё целый лестничный пролёт.

«Если она здесь больше не живёт, я спокойно пойду и повешусь», ― дурацкая мысль, но Женя чувствовал, что не в силах больше терпеть напряжение, в котором пребывал с того момента, как Антон произнёс три заветных слова. И, собравшись с духом, он позвонил в дверь. Трескучий, бьющий по мозгам крик попугая разнёсся по всей лестничной площадке. Жене заложило уши.

«Выбирало звонок явно существо с воображением дятла», ― цитата Ильфа и Петрова¹ пришлась как раз кстати. Женя почти оглох от бешеных ударов сердца, хотевшего, видимо, выпрыгнуть из груди и ускакать вниз по лестнице, чтобы не разочаровываться. Он почти перестал дышать, как вдруг послышался щелчок поворачиваемого «барашка».

— Косметику не покупаем, в Бога не верим, ― донёсся из-за массивной двери голос, от звуков которого Женя почувствовал себя влюблённым подростком. Ведь он действительно влюблён. Металлическая дверь распахнулась, и взгляду открылся длинный коридор просторной квартиры с высокими потолками. А в дверном проёме стояла она. ― Боги мои! ― Маргарита, тонко вскрикнув, метнулась обратно в квартиру, но сил ей хватило лишь на то, чтобы прислониться к двери.

Она стояла перед ним, рыжая и загорелая после полевого лета, из плоти и крови. Повзрослевшая, утратившая девичью пухлость и мягкость черт, но, несомненно, всё та же Рита. На полу валялся выпавший из её ослабевшей руки айфон.

«Сколько ей сейчас? ― промелькнула молнией мысль. ― Лет сорок, наверное…»

— Женя… ― она тяжело дышала, ухватившись миниатюрной рукой, белой от постоянного ношения рабочих перчаток, за дверной косяк. ― Как ты нашёл меня?

— Кто ищет, тот что? Тот всегда найдёт, ― усмехнулся Женя, подавая Рите тонкую синюю розу в прозрачной упаковке. ― Всю ночь красил. ― Он старался сохранить лицо, но фарфор трещал уже вовсю.

А Рита, кажется, даже не успела надеть свою маску. Она совсем не изменилась за двадцать прошедших лет. Всё такая же Сирин.

Фарфоровой куклой, соскользнувшей с полки, Маргарита упала ему в руки. Женя бережно подхватил её и, когда она подняла на него взгляд всё таких же, как и двадцать лет назад, карих глаз, поцеловал.

Она дрожала в его руках, а её губы касались его губ то почти невесомо, словно крылья бабочки, то впивались так, как будто от этого зависела её жизнь. Вероятно, так и было.

— Рита, кто там пришёл? ― высокий женский голос безжалостно разорвал очарование момента. Маргарита замерла в объятиях, а затем выскользнула и сунулась в квартиру.

— Свидетели Иеговы! ― прокричала она, быстро вытаскивая из кармана висевшей в гардеробе куртки пачку сигарет и зажигалку. ― Я с ними поговорю о Господе нашем. ― И, прикрыв дверь, зашагала вниз по лестнице. ― Я курить хочу, ― пояснила Рита, оборачиваясь и глядя на Женю с нижней ступеньки. ― Нервы. Сейчас рубашку на себе рвать начну. ― Она продолжила спускаться, хлопая домашними тапочками в виде туфель с помпонами.