Книга Измена. Мне не нужна клуша, страница 12 – Мила Реброва

— Пока нет. Рассматривали пару загородных отелей, но не подошло. Если вы возьмётесь — будем доверять вашему вкусу.

— Хорошо. Мне нужно будет узнать больше о паре. Какие они, что любят. Какие у них характеры. Если хотите, я могу подготовить короткий опросник для них. Или встретиться лично — если они готовы.

— Думаю, лучше через меня, — мягко, но уверенно ответил Игорь. — Особенно на первом этапе. Но вы правы — всё должно идти от них.

Он говорил спокойно, размеренно. Умел слушать. Иногда даже казалось, что он считывает настроение, прежде чем задать вопрос. И в какой-то момент я поняла: он смотрит не просто как клиент. Взгляд у него был такой… будто хочет понять, кто я. Настоящая. Без роли, без фасада.

Я опустила глаза в чашку, почувствовав, как покраснели щёки. Чёрт. Я не влюбляюсь на первой встрече. Я профессионал. У меня ребёнок, работа, ипотека. Мне не до бабочек в животе.

Но бабочки уже там. В животе. Трепещут. Слегка. Незаметно. Но живые.

— Вы давно в этом бизнесе? — вдруг спросил он. — Простите за личное. Просто видно, что вам это по-настоящему нравится.

— Сыну три года. Вот столько, — улыбнулась я. — Начала с деревенской свадьбы подруги. Теперь… вот.

— ИП? — с интересом уточнил он.

— Да. Офис пока маленький, но хватает. Клиенты идут. Сарафанное радио работает.

— Значит, не только красиво, но и честно. Редкое сочетание.

Он снова посмотрел на меня. Я отвела взгляд, сделала глоток кофе и почувствовала: день действительно особенный. Что-то в нём меняется. Что-то в воздухе. Игорь не лезет в душу, но прикасается к ней. Незаметно. Точно. И очень бережно.

Когда мы попрощались, он протянул руку:

— Рад знакомству. Надеюсь, мы сделаем для них хорошую свадьбу.

— Сделаем, — ответила я. — Обязательно.

Мы виделись с Игорем почти каждый день. Начиналось всё с дел: созвоны, обсуждения, встречи с подрядчиками, примерка декора, согласование меню. Свадьба была крупная, сложная, а времени — впритык. Но работать с Игорем оказалось неожиданно легко.

Он был собранным, вежливым, сдержанным. Никогда не лез с советами, если не просили, но всегда подсказывал, если видел, что я зависаю в каком-то моменте. Несколько раз приезжал раньше, просто чтобы помочь донести реквизит.

— Я ж не просто красивое лицо, — усмехнулся он как-то, забирая у меня коробку с табличками.

— Ну, допустим, — хмыкнула я. — Но проверим, насколько крепкие у тебя руки. Эти таблички — тяжёлые.

— Не переживай. Я справлюсь. Ты только не носи всё одна, ладно?

Такие мелочи — вроде бы ничего особенного. Но почему-то именно они делали дни легче.

Он один раз принёс мне кофе. Без сахара. Просто потому, что запомнил, как я однажды сказала баристе: «Без сахара, пожалуйста». Казалось бы — случайная фраза. Но он запомнил.

— Подслащу тебе день хотя бы так, — сказал он, протягивая стакан.

— Спасибо. — Я взяла и улыбнулась. — У тебя хороший слух.

— Удобно в нашей работе. Меньше переспросов.

Он не был навязчивым. Просто был рядом. Своевременно. Точно. С участием. И это действовало почти терапевтически.

За неделю мы уже успели объехать площадку, несколько раз встретиться с флористом, и один раз поехали вместе на склад за декором. Машину он вёл аккуратно, не спеша, включил фоном спокойную музыку.

— Ты всегда такая пунктуальная? — спросил он как-то между делом.