Книга Роковая красотка, страница 42 – Миша Дрик

Катерина не ответила, молча вылезла из машины и прошла в дом.

*****

— Я отключила телефон.

Я уютно устроился в кресле, вытянув длинные ноги и неторопливо потягивая кофе. Моя расслабленная ленивая поза составляла контраст с нервозностью Катерины.

— Хочешь уделить мне все свое внимание?

Это предположение сулило множество заманчивых возможностей, о которых я еще несколько недель назад не смел даже мечтать.

— Не думаю. — Я скользнул взглядом по её подрагивающий губам. Она действовала на меня завораживающе...

— Знаешь, я даже немного сожалею, что наш романтический период уже позади. Но не тревожься, — добавил я, — думаю, наши отношения все равно сохранили остроту.

— Ты так говоришь, — прошептала она, — . словно у нас какая-то официальная связь, а не…

— А не безудержное влечение?

— Перестань. Мы оба прекрасно знаем, что ты хочешь жить со мной только ради Софии. Так вот, теперь тебе ничто не мешает открыто признать её своей дочерью. Что тебе еще нужно? — От волнения голос Катерины сбился едва не на визг. — Никто не сможет сказать, что ты бросил своего ребенка. Сам посуди, пока ты не знал, что у тебя есть дочь, ты не предлагал сойтись. А совместное сожительство — чересчур мелодраматический способ выказать свою заботу.

Сделав над собой героическое усилие, она приняла безмятежный вид и даже выдавила легкую светскую улыбку. Красотка... Знаю и люблю в ней всё... даже её бестолковость... Я же не знал где она!

— Пойми наконец, я вовсе не стремлюсь снова стать твоей женой… Надеюсь, теперь мы раз и навсегда покончили с этой дурацкой темой.

Меня не слишком впечатлила столь решительная отповедь.

— Ну почему ты настаиваешь на совместном проживании, — воскликнула она, не дождавшись ответа, — раз у нас нет ни одной мало-мальски веской причины для этого? Представляешь, какая жизнь нас ждет?

Я лишь пожал плечами.

— А какие причины ты считаешь вескими? Любовь? — не сводя пристального взгляда с ее лица, спросил я. — Так я люблю! Люблю тебя безумно!

Последовавший головокружительный поцелуй, словно набежавшая волна, смыл остатки сомнений. В последующие несколько мгновений меня занимал только один вопрос: как долго я смогу терпеть эту сладкую муку?

Я легко поднял ее на руки, из её груди невольно вырвался слабый стон согласия. Вошёл в спальню и бросил её на кровать. Стащил с неё одежду, не давая передохнуть. Целовал родные губы, шею, плечи, каждый миллиметр тела. Посасывая соски, сильно сжимал ягодицы. Катерина льнула мне навстречу, тихо шептала что-то неразборчивое, ласковое. Мы дрожали от нетерпения и страсти, сгорали от близости друг друга. Не отрывая от неё своих губ, стал растегивать ширинку.

— Паша, я хочу... — Она приблизилась ко мне и сняла брюки вместе с бельем. Опустила голову и принялась энергично сосать. Сразу, без прелюдии... Я оттолкнул её на кровать, но лишь для того, чтобы развернуть её вниз головой. Член стоит торчком, вены заметно проступают. Вожу им по её губам.

— Открой рот. — Катерина не заставляет себя ждать. — А теперь соси. Медленно и глубоко. — Едва только её рот вбирает головку, а язык скользит под уздечку, я закрываю глаза и испускаю стон. — Расслабь горло... впусти его. Глубже, Катя... ещё глубже.

Я начинаю ритмично выбиваться ей в рот одновременно лаская её киску, забываю обо всём, растворяюсь и дрожу от невероятных ощущений. Она давно влажная, её возбуждает то, что она делает. Я скольжу пальцами внутрь. Горячо... Как горячо... Пальцы таранят дырочку, как и мой член её рот. Чувствую приближение оргазма, её киска тоже сжимается вокруг пальцев.